Генерал, кажется, принадлежал к той породе русских людей, которые испытывают какое-то невнятное раздражение с наступлением тепла, с возрождением буйной зелени, с немыслимо ранними рассветами. Все вокруг кричит, что надо жить, надо радоваться очередному неизбежному витку жизни, надо забывать сумрачное снежное замороженное прошлое. Тянет к земле бремя прожитых лет, спокойнее и уютнее было размышлять в зимнем полумраке, радуясь редкому солнышку.
Весна. Раскисшие дороги.
Чернеет снег. Мутнеет даль.
Мои привычные тревоги
Вернул оттаявший февраль.
Привычно сердце разболелось
И раздражает птичий гам.
И вдруг внезапно захотелось
На время очутиться там,
Где окружившие метели
К утру сугробы намели.
Где спят рождественские ели,
Склоняя ветви до земли.
Былые заблуждения всегда кажутся занятнее новых. Особенно если это чужие заблуждения.
За революции и контрреволюции, за чужие войны платили сполна все предки Генерала, сырой материал истории, русские незадачливые люди.
Cлайд с цитатой