Выживание человека может иметь много форм, и форма, в которой люди находят своё человечество — не всегда человеческая.
Из всех даров, которыми Творец наделил человека, самая ценная — способность любить другого.
Выживание человека может иметь много форм, и форма, в которой люди находят своё человечество — не всегда человеческая.
Из всех даров, которыми Творец наделил человека, самая ценная — способность любить другого.
С точки зрения истории, какое значение имеют наши жизни? Истинное мерило их важности не то сколько людей будут помнить нас после смерти, а то сколько жизней мы изменили.
Я не один здесь. Если отбросить в сторону убийц, есть и другие оставшиеся в живых, как я. Или, по крайней мере, я так считаю, я хочу верить в это. Иногда мне удаётся только мельком увидеть бедную душу перед тем, как её уносит. Другим, впрочем, я даже сказал своё имя. Но сам я бы не хотел знать их имена. Иногда я… помогаю им, если они висят на крюке. Подобно тому, как они помогают мне. Страх нас объединяет, человеческий контакт и взаимодействие успокаивают, мы вместе разделяем это испытание. Я спрашиваю себя лучше ли быть одиночкой? Или мы сможем дойти дальше, если будем вместе? Иногда я испытываю стыд, когда убегаю прочь от криков. Я слишком часто был по другую сторону, слишком часто видел ноги, висящие над землей, и просто наблюдал из-за кустарника. Как свидетель. Может быть, важно следить за этим зверством и напоминать себе, что боль не единственное, что отягощает нашу жизнь в этот момент? Нужно помнить про души. А заслуживаем ли мы жить, чтобы мечтать о побеге отсюда?
Нам так хочется верить в то, что мы сильнее всего этого, что мы можем контролировать все при помощи собственного интеллекта. Теперь, когда цивилизация не искажает мой взгляд, даже интересно наблюдать до какой степени интеллект подчиняется инстинкту, а культура — не более чем результат простых инстинктивных реакций на жизнь.
Я не думаю, что вы меня понимаете, генерал. Я не собираюсь стать героем. И у меня нет сверхразвитого чувства долга. Я делаю это, потому что я ничего больше, чем просто инструмент для действий. Г-н Чемберс также это знает. Между миссиями, я перестаю существовать. Я то, что я делаю, и это не всегда очень красиво. Но быть уродом лучше, чем быть ничем. У меня нет никого, меня никто не волнует и я никого не интересую. Так что у меня есть всё, что я могу сделать.
Нашим детям нужна защита не только от физических травм. Хрупкий детский организм подвержен страданиям разума и… сердца.