Те, кто всегда верят своим глазам, — глупцы.
Есть такая вещь... Называется вера. Появляется из неоткуда и оседает у нас в голове — факт с большой буквы. Наш язык лжив. Нашим ушам нельзя доверять. Все наши органы чувств по сути дрянь, но вот глаза...
Те, кто всегда верят своим глазам, — глупцы.
Есть такая вещь... Называется вера. Появляется из неоткуда и оседает у нас в голове — факт с большой буквы. Наш язык лжив. Нашим ушам нельзя доверять. Все наши органы чувств по сути дрянь, но вот глаза...
Поэтому я вижу, кто я есть, в твоих глазах, и стараюсь быть этим человеком, поскольку ты веришь в него, и я считаю, что веры может быть достаточно, чтобы сделать из меня того, кого ты хочешь.
– Ты говорил, что веришь в великого волшебника, стоящего за кулисами.
– Верю.
– И что хочешь посмотреть ему в глаза.
– Я смотрю.
Но у неё старые глаза. Да, глаза затухают. Когда реальность смывает последние капли надежды и больше ничего не остаётся впереди.
Всяк верит в своего исключительного бога, а другому человеку не верит, не верит, что этот, другой-то, тоже любит хорошего бога: Люди всегда должны верить в людей, а остальное приложится.
Сострадания достойны жрецы. Они не видели и не слышали своего Бога. Они устали ждать его. И свою усталость они величают верой. Как много в их глазах и словах утомленности. И не хотят они принять то, что нет места во всей вселенной, где нет их Бога.
Молитва никогда не должна зависеть от местности и людей. Она зависит только от веры.
Вы никогда не знаете, насколько сильно вы верите во что бы то ни было, пока истинность вашей веры не станет вопросом жизни или смерти. Легко утверждать, что данная веревка достаточно крепкая, если вы собираетесь обвязать ею коробку. Но, предположим, на этой же веревке вам предстоит повиснуть над пропастью. Вот тут-то вы и поймете, насколько вы уверены в крепости вашей веревки.