От жажды умираю над ручьём.
Смеюсь сквозь слёзы и тружусь, играя.
Куда бы ни пошёл, — везде мой дом,
Чужбина мне — страна моя родная.
Я знаю всё, я ничего не знаю.
Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовёт.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышней я всех господ.
Я всеми принят, изгнан отовсюду....
Я знаю твердо, где перед, где зад,
По платью различаю я людей.
Каким быть дню, укажет мне закат,
А вишню выдаст розоватый клей.
Про сад расскажет плод в руке моей,
Кто на кого похож, мне все вдомек:
Кто труженик, кто мот и ротозей,
Я знаю все — себя познать не смог.
Кто вышел в люди, слава богу,
И стал сеньор иль господин,
Кто нищ и гол, живет убого,
Ест хлеб глазами лишь с витрин:
Кто ищет устриц средь глубин,
Того прельстила и скуфья...
У каждого стезя своя.
Пусть каждый помнит: сам виновен он
В любом своем житейском огорченье.
Да, мир — тюрьма, но это не резон
Утрачивать смиренное терпенье,
До времени бежать из заключенья,
Обкрадывать, глумясь, честной народ,
Жечь, грабить и пускать оружье в ход.
Когда наступит час расплаты позже,
Бог пеням лиходея не вонмет:
Злоумышлять на ближнего негоже.
Но как разлука ни тяжка,
Мне все-таки она в охотку,
Понеже нового дружка
Приветила моя красотка.
Выходит так: я ел селедку,
А захотелось пить — шалишь,
Вино вольют другому в глотку.
О Господи, мой стон услышь!
Кто глуп, тот дурака найдет,
Кто спорит с дурнем, тот тупица,
Кто был не зван, тот сам придет,
Кто нищ, тому горбушка снится,
Кто сыт, тем жемчуг не годится,
Кто скуп, тому жестка постель,
Кто злым прослыл, тот пуще злится,
Кто ждет сочельник, рубит ель.
Ну, как и чем тому помочь,
Кто телом здрав, но мертв душой?
Я — мученик любви, точь-в-точь
Романов рыцарских герой.
Я знаю всех церквей трезвон,
Я знаю и монашки ложе,
Я знаю все уловки жен,
Я знаю, дарят, что негоже,
Я знаю, лезут вон из кожи,
Я знаю, губят и любя,
Я знаю всех и вся и все же
Я знаю все, но не себя.
Cлайд с цитатой