Бессилие есть единственный недостаток, который невозможно исправить.
Признаваясь в маленьких недостатках, мы тем самым стараемся убедить окружающих в том, что у нас нет крупных.
Бессилие есть единственный недостаток, который невозможно исправить.
Признаваясь в маленьких недостатках, мы тем самым стараемся убедить окружающих в том, что у нас нет крупных.
Но надобность доказывать себе, что в любимом человеке нет недостатков, уже ведет к тому, что они скоро будут замечены.
Старики потому так любят давать хорошие советы, что они уже не могут подавать дурные примеры.
Мы любим за недостатки, а не за достоинства. Потому что в любимом человеке даже недостатки становятся чем-то особенным, неповторимым, отличающим его от миллионов других людей.
У всех есть недостатки — у кого больше, у кого меньше. Вот почему и дружба, и помощь, и общение были бы невозможны, если бы не существовало между нами взаимной терпимости.
Итак, меня считали разумным. Но я не мог понять, почему же то, что в обыкновенном человеке считается достоинством, оборачивается сокрушительной уликой против обвиняемого.