В игре всегда есть маленькая хитрость.
Чем сложнее и запутанней игра, тем веселее в неё играть.
В игре всегда есть маленькая хитрость.
Мир держится на уловках. Играют все. И тут важен живой талант. Дар от рождения, то, чего не даст никакой диплом.
Мир держится на уловках. Играют все. И тут важен живой талант. Дар от рождения, то, чего не даст никакой диплом.
— Ты и правда выиграл так много запоминая карты? А может у тебя были тузы в рукаве?
— Нет, это жульничество, а у меня память! Я представляю, что каждая карта из колоды — это яркий персонаж. Валет червей — балерун с рожками как у чёрта, бубновая двойка — утка с сигарой. Вот так.
— Почему утка?
— Неважно. Каждая карта — живое существо, а её расположение в колоде — место в моём дворце памяти.
— Ладно, а что за дворец памяти?
— Столь светлое место в твоём мозгу, что ты можешь обойти его целиком. У каждого свой дворец, но он всегда велик, рельефен, ярок. Мой дворец — это цирк-шапито. Главное, если десятая карта в колоде — валет червей, то я вижу танцора с рожками на ярмарке в Миссури.
— Вот, — вымолвил, наконец, Остап, — судьба играет человеком, а человек играет на трубе.
Знаете, какая разница между игрой на сцене и игрой в кино? Играть — все равно что ходить по канату. На сцене канат натянут высоко-высоко. Брякнешься — так брякнешься по-настоящему. В кино канат лежит на полу.