Главное, Угрюмый, это нормально дембельнуться. Ты на свои похороны сам не торопись и нас не тащи. Без тебя все равно не начнутся. А праздники... И на нашей улице когда-нибудь грузовик с коноплей перевернется.
— Я тебе фамилию автора говорил?
— Ага. Циммерман, ДА?
— Угу. И ты думаешь, он дурнее нас?
Троица двинулась дальше. Манипуляцию с разрядником Угрюмый повторял после каждого километра, направляя уже поевших рыб ниже по течению на подкормку пока еще голодных. Свои действия он комментировал Крюгеру как заботу о рыбках с помощью точной регулировки пищевых циклов.
– Угрюмый, – хрипло позвал Гоблин. – У тебя помады, случаем, нет?
– А зачем тебе?!
– Да что-то я хреново выгляжу...
Нечего на него таблетки тратить! Дай ему пуговицу от штанов, он все равно не поймет ничего.
Крюгер, вставай, сестра сексуального милосердия к тебе все равно не придет, можешь не валяться.
Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.
— Мы плывем на лодке!
— У вас есть лодка? Где вы ее взяли?
— Вообще, это скорее самолет... наполовину... Мы на самолодке.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Вечер был лучше, чем я ожидала. Но я пойму, как к тебе отношусь, когда немножко протрезвею.
Cлайд с цитатой