Когда искусство гоняется за вами со шприцем, дабы привить вам что-нибудь полезное, вы станете искать, где бы от него укрыться.
Народное искусство и в самом деле есть старейшая аристократия духа.
Когда искусство гоняется за вами со шприцем, дабы привить вам что-нибудь полезное, вы станете искать, где бы от него укрыться.
Чтобы Искусство достигло предела величественности, оно должно влиять на наше гармоническое видение: ясность. Ясность есть цвет, пропорция; эти размеры составлены из разнообразных элементов, одновременно вовлекая в действие. Это действие должно быть представительной гармонией, синхронным движением света, который является единственной действительностью.
Одухотворенный и щедрый муж хоть и не долго проживет, но к долгожителям причисляется, а тот, кто житейской суетою и убогостью существует, кто не способен ни себе, ни другим пользы принести, тот кратковечен и несчастен будет, даже если и до глубокой старости доживет.
Жизнь в своем течении — это пропасть потерянного времени; ничто не может быть восстановлено или истинно обретено иначе, как в форме вечности или, что то же, в форме искусства.
Зачем ребёнка учить писа́ть? Не на компьютере набивать, а писа́ть? В одном из Древних Китаев, люди, которые претендовали на то, чтобы занять положение высокого государственного чиновника, должны были сдавать два экзамена: каллиграфия и стихосложение. Мудрая цивилизация, потому что они понимали, что это другой тип сознания, другой тип умений. Компьютер стихи не пишет. То есть «розы-мимозы» он напишет, но Бродского он не напишет. Это другой тип ментальности, очень важный, который никто на планете не умеет кроме нас. Искусство — не десерт. Искусство — это другой тип жизни, это другой тип когнитивной деятельности.