Сейчас меня не привлекают личности, которые нравились пятнадцать лет назад.
В детстве я была очень неряшливой. У меня не было своего стиля. Знаете, этакий скандальный ребенок с расческой в заднем кармане и с перьями в волосах.
Сейчас меня не привлекают личности, которые нравились пятнадцать лет назад.
В детстве я была очень неряшливой. У меня не было своего стиля. Знаете, этакий скандальный ребенок с расческой в заднем кармане и с перьями в волосах.
Становиться старше — это прекрасно! Сейчас я знаю о жизни гораздо больше, чем когда-либо.
В детстве я была очень неряшливой. У меня не было своего стиля. Знаете, этакий скандальный ребенок с расческой в заднем кармане и с перьями в волосах.
Я знаю, почему я это делала. Я такой человек, который живет здесь и сейчас. А у меня в жизни было много возможностей, как и что сделать по-другому.
Бывают такие моменты, когда боль до того сильна, что невозможно дышать. Природа придумала хитрый механизм и неоднократно испытала его. Ты задыхаешься, инстинктивно пытаешься справиться с удушьем и на миг забываешь о боли. Потом боишься возвращения удушья и благодаря этому можешь пережить горе. Там, возле могилы, я не мог дышать. Там это случилось со мной впервые.
Я суеверен. Я складываю в уме все цифры: есть люди, которым я не звоню, потому что сумма цифр в их номере — несчастливое число. По тем же причинам я могу отказаться от номера в отеле. Не выношу присутствия желтых роз, что печально, потому что это мои любимые цветы. Никогда не оставляю в одной пепельнице больше трех окурков. Не полечу на самолете с двумя монашками. Ничего не начинаю и не заканчиваю в пятницу. Список того, чего я не могу или не хочу делать, бесконечен. Но я обретаю необычное чувство спокойствия, когда следую этим примитивным правилам.
Я уверена, что нет никакой книги с правилами и что я не должна жить по стандартам общества.