Мир вращается, как веретено, наматывая время. Века пролетают, как трепещущие крылья воробья.
Время далеко не всегда дарует человеку мудрость, иногда остаются лишь глубокие рубцы.
Мир вращается, как веретено, наматывая время. Века пролетают, как трепещущие крылья воробья.
Время далеко не всегда дарует человеку мудрость, иногда остаются лишь глубокие рубцы.
... Настоящее никогда не теряется в бездне прошлого. Допустим, я излучаю в пространство свое изображение, свои поля – в общем все, что я как космическое тело собой представляю. И сколько бы ни прошло лет, в каком‑то отдаленном уголке Вселенной всегда найдется это мое мчащееся излучение, и оно будет физически воздействовать на встречающиеся объекты. Мое прошлое будет реально существовать в моем далеком будущем!
Наш мир как аттракцион. Катаешься на нем, а как время выйдет — проваливай, дорогой — вытолкнут из него силой и больше не пустят.
Время — извилистая река, текущая по ландшафту будущего. Одни пытаются заглянуть за поворот, другие борются с течением. Но мудрее всех — тот, кто отводит взгляд от воды в поисках спутника, который разделит с ним своё путешествие.
Мы видим ближнюю звезду, какой она была десять лет назад, дальнюю – тысячи лет назад, периферию Галактики – сотню тысяч лет назад, а другие галактики видятся нам сегодня, какими были миллионы и миллиарды лет назад. Вот он, наш сиюминутный пейзаж: одномгновенная картина мира – бесчисленные мазки из разных эпох, лишь совмещенных в воображаемой сиюмгновенности: Вселенная в любой точке, для любого взгляда, в любое мгновение безмерно разновременна. Реальной одновременности не существует, ее можно лишь вообразить, а не физически обнаружить.
Мира жестокую жизнь я воспеваю скорбно,
Среди тревог и забот нити она подобна,
Короткой и тонкой нити, почти незримо скользящей, -
Слишком лукав и обманчив этот мир преходящий.
Дни — словно летние тени, мелькают в лучах денницы.
Минувшее не настанет и снова не возвратится.