Наклонись над глобусом,
Убедись, дитя:
Каждый главным образом
Любит сам себя.
Может, это плохо –
Не твоя беда:
Такова эпоха,
Такова среда!
Наклонись над глобусом,
Убедись, дитя:
Каждый главным образом
Любит сам себя.
Может, это плохо –
Не твоя беда:
Такова эпоха,
Такова среда!
Я падал на грязные лужи
И голые провода,
Не чувствуя при этом
Ни шока и ни стыда,
Я очень неприхотливый,
Я гибче и ловчей,
И я знаток теневой стороны вещей!
Подымись над глобусом,
Стеклышки надень:
В мире главным образом
Торжествует Тень!
Это не острота
И не похвальба:
Такова природа,
Такова судьба!
Я по полу тянулся
И подымался по стене,
Ломался на уступах
И простирался по стерне,
Ты мялся у подножья,
А я достигал вершин,
А в полдень я сморщивался в аршин.
Дела в подлунном мире
Идут в знакомом стиле –
Нам не из чего, братцы, выбирать:
Нам предлагают или
Нижайше расстилаться,
Или высочайше попирать!
О боже, как похожи
Лакеи и вельможи!
Поэт, банкир – кто смелый, тот и съел.
И лучше никого нет,
Но я людьми не понят,
А стало быть – плевать на них хотел!
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
— Я отдаю должное вашей изобретательности.
— Какой? Я ничего не изобретал...
— Не скромничайте. Как же? Приударить за мной, чтобы получить должность – разве это не блестящая идея?
Некоторые женщины, заболев, становятся нежными. Через несколько дней вдруг начинают покрикивать с постели. О! Значит, выздоравливают!