Если ты не беспокоишься о смерти, то ты не совсем живой. Ты просто существуешь.
— Почему я должна сожалеть об одной никчемной жизни?
— Забудь слово «должна». Ты либо сожалеешь, либо нет.
Если ты не беспокоишься о смерти, то ты не совсем живой. Ты просто существуешь.
— Почему я должна сожалеть об одной никчемной жизни?
— Забудь слово «должна». Ты либо сожалеешь, либо нет.
Я читал в National Geographic про то, как когда животное думает, что может погибнуть, оно напрягается и беснуется. Но когда оно знает, что погибнет, становится совсем спокойным.
Много чего было, но главное в другом: почувствовав, что можешь скоро умереть, ты становишься спокойным и тихим. Никаких тревог больше не возникает, потому что заботы связаны с миром живых. Жизнь — вот корень любых беспокойств. Но зачем тревожиться, если каждый знает, что когда-нибудь умрёт?
Много нас здесь, посмотри,
Много нас, и мы малы.
Смотрим мы, как ты растёшь.
Будем здесь, когда умрёшь.
Как вы заполните ваше существование, если вы знаете, что рождены утром для того, чтобы умереть вечером?
В этом мире нет ничего кроме пыли. Но небесное существо помнит про свет, который делает пыль видимой. А бесхвостая обезьяна просто пускает пыль в глаза себе и другим. Поэтому, когда умирает небесное существо, оно становится светом. А когда умирает бесхвостая обезьяна, она становится пылью.
— Зачем заботиться о том, кто ничего не дает взамен?
— Рефлексия. Когда я смотрю на Оди, я вижу не синтетика, а все те годы, что он нам с женой помогал. Он хранит те воспоминания, что я позабыл. Он не может любить меня, но я вижу, как в нем отражаются все годы любви.