Но ты мечтаешь засыпать только меня обняв.
7.00
Мечты девчонок — миллионер на паруснике,
Приводят их к тому, что остаются на пару с никем.
Loc-Dog — Потирая ладони
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Сакура… я пришёл спасти тебя. Всё… хорошо.
Он наконец-то озвучил своё признание. Он долго ждал этого момента.
Тебе не нужно более жить в отчаянии, тебе больше не придётся ничего терять. Кошмар закончился, и он больше не вернется.
Он снял кандалы, которые крепко впивались в кожу маленькой девочки. Иди, Сакура, иди и верни будущее, которое у тебя должно быть.
Кария взял Сакуру за левую руку и вышел из хранилища червей, затем они тихо и незаметно пересекли ночной город Мияма. Аои и Рин ждали их в другом городе. Мать наконец-то воссоединилась с дочерью в том памятном внутреннем дворе дома семьи Зенджо. Кария отправился вместе с ними тремя в путешествие, в место, которое было никому неизвестно, и где их никто не побеспокоит. Аои с улыбкой на лице смотрела на дочерей, которые бегали по цветочному полю. Сакура собирала цветы, Рин плела из них венки. Они чуть не подрались за право положить венок на голову Карии, повторяя, что хотят дать венок своему «Папе» в качестве подарка. Аои, у которой на голове было два венка, крепко сжала руку Карии, и улыбнулась. Аах, спасибо тебе. Кария одновременно смеялся и плакал, и заключил свою любимую жену и дочерей в объятья. Папа так счастлив, что у него есть такая жена и дочки. Он самый счастливый человек на свете. Поэтому не о чём сожалеть. Ради этого стоило рисковать жизнью. Вот награда за всю ту боль, которую он испытал, и всё что он хотел — у него в руках…
В ледяной тьме хранилища червей Сакура смотрела на труп мужчины, который упал прямо перед ней. Он что-то до самого конца бормотал, обращаясь сам к себе, и даже после смерти с его лица не сошла удовлетворенная улыбка.
Как странно. Почему он сюда вернулся? Почему он всё ещё хотел жить, даже находясь в таком ужасном состоянии?
Хоть Сакура и не понимала почему, она чётко знала, из-за чего он страдал, и из-за чего он умер.
…Ты не должен не подчиняться дедушке.
Все в поместье Мато знали это, но почему этот мужчина нарушил это правило? Он был взрослым, но был безнадёжно глуп.
Г о р о д о в о й.
Мне скучно, писарь.
Я целый день стоял затменьем на посту.
Промерз. Простыл. И все мне опостыло,
Скитающийся дождь и пирамиды
Египетские в солнечном Египте.
Потешь меня.
П и с а р ь. Да ты городовой я вижу с ума сошел.
Чего мне тебя тешить, я твое начальство.
Г о р о д о в о й.
Ей-Богу,
Аптеки, кабаки и пубдома
Сведут меня когда-нибудь с ума.
Да чем сводить отравленных в аптеки,
Я б предпочел сидеть в библиотеке,
Читать из Маркса разные отрывки,
И по утрам не водку пить, а сливки...
Мы раскалимся и станем газами,
Потом каплями, алмазами,
Частью другого разума,
Словно две последние части пазла,
Фотографии, которых время пощадило и оставило,
Чистой и безнаказанной, не размазанной.
Но я чувствую, что уже опаздываю,
И глаз твоих тепла мне не найти
Между двумя вскользь брошенными фразами.
У меня просто нет возможности обнимать другую женщину, как это делают мужчины за роскошную талию, и прикасаться губами по шее, чтобы ветер обдувал мокрую полоску слюны. Это только мечта. Это только одержимость.