— Ты даже не попрощаешься?
— А мы и не прощаемся.
— Ты даже не попрощаешься?
— А мы и не прощаемся.
Война придёт в наш дом, хотим мы этого или нет. Но когда это случится — мы дадим им отпор на своих улицах.
Вот чего мне всегда не хватало,
Счастья разделённого с братьями,
А с кем его ещё делить,
И где бы мы ни были,
Куда бы нас не занесло,
Я всегда найду в вас опору,
И люди во всём мире будут разделять это чувство,
Как здесь, как сейчас,
Давайте выпьем за это,
Вы всегда будете со мной,
И всегда будете мне братьями.
Раньше я говорил, что живу гонками по четверть миль за раз.
Наверное, поэтому мы и были братьями. Потому что ты тоже так жил.
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня...