— Мир охвачен безумием, безумие становится нормой. Норма вызывает ощущение чуда.
— Ты либо эгоист, либо очень инфантилен. Если хочешь быть один, то будь! Развод, значит развод. Ты сам причина всего.
— Мир охвачен безумием, безумие становится нормой. Норма вызывает ощущение чуда.
— Ты либо эгоист, либо очень инфантилен. Если хочешь быть один, то будь! Развод, значит развод. Ты сам причина всего.
Мне уже все равно! Хуже не бывает. Иметь отцом пьянчужку, животное, от которого не защищена даже я, его собственная дочь. Иметь мачехой развратницу, сводницу, посредничающую между своим любовником и мной... Вся эта мерзкая жизнь... Нет!.. Я не хочу, чтобы меня превратили в какую-то дрянь. Я лучше уйду! Я убегу отсюда... А если вы меня не пустите, тогда... тогда — веревка, нож, револьвер... Да, мне уже все равно!.. Я не стану утешаться водкой, как моя сестра.
Ах, если бы ты знал!.. Здесь все так ужасно... Все, что здесь делается. Жизнь тут... совсем как у скотов... Я погибла бы без тебя... Мне страшно!
... В простоте счастье, мой дорогой, — она повела плечом, тяжело вздохнув, — поэтому я так несчастна.
Эти стихи, наверное, последние,
Человек имеет право перед смертью высказаться,
Поэтому мне ничего больше не совестно.
Сегодня я приду чуть позже,
Не раздеваясь, прямиком,
В одном пальто свалюсь на ложе,
Спугну кота и заблюю весь пол.
Твои слова сегодня даже строже,
Как будто снова восемнадцать,
Как будто некуда деваться
Нам друг от друга до сих пор.
Ты спросишь, как там на чужбине,
Кого встречал и скольких целовал,
Я промолчу, увидев пятый сон о миме,
Что так болел и даже не вставал.
Ты спросишь, сколько стоит Питер,
И сколько грамм в стаканах, что поднял,
Ты спросишь, много ли отснял Юпитер,
Я упаду во сне, считая, что пропал.
Ты спросишь разрешения вернуть назад
То время, что уже прошло,
Пожав плечами, брошу взгляд я на пол,
Ты спросишь у меня, как запад,
И я скажу, что к черту всё пошло.
Человек может быть одинок, несмотря на любовь многих, если никто не считает его самым любимым.