Люди всякое про нас говорят,
Все решают, кто из нас виноват.
Но с тобой мы знаем точный ответ,
Виноватых в том, что прожито — нет.
Люди всякое про нас говорят,
Все решают, кто из нас виноват.
Но с тобой мы знаем точный ответ,
Виноватых в том, что прожито — нет.
Как случилось, видно, это судьба,
Невозможно стало жить без тебя.
Видно, счастье к нам приходит лишь раз,
Поняла я это только сейчас.
Мне не нужно ни афиш, ни цветов,
Мне не нужно ни друзей, ни врагов.
Мне нужна моя родная семья:
Дочка, мама, ты и я.
Если спросит меня голос с небес:
«Кто на свете всех дороже тебе?»,
Я отвечу, ничего не тая:
«Дочка, мама, ты и я».
В моей жизни сейчас одни вопросы: где я буду жить, чем я буду заниматься? И я не уверена, что уже готова искать ответы. У меня есть мечты, желания. Я никогда не была в Калифорнии. Я никогда не жила в собственной квартире. Я никогда не ела трюфели. Вернее, шоколадные я пробовала, но слышала, есть и другие. Я хочу путешествовать, научиться рисовать. Я хочу заплакать, когда родители отвезут меня в колледж. Хочу жить в общежитии с какой-нибудь странной соседкой, познакомиться с приятной девочкой и переехать к ней с нового семестра. У меня целый список разных дел! И замужества в этом списке нет.
Куда уходит детство?
В недальние края,
К ребятам по соседству,
Таким же, как и я.
Оно ушло неслышно,
Пока весь город спит,
И писем не напишет
И вряд ли позвонит.
Мы должны иметь право на личную жизнь. В Голливуде ожидают, что ты станешь рабыней. Хорошо подумай, прежде чем подписать долгосрочный контракт. Свобода — вот самая чудесная вещь на свете.
Если очень постараться, в работе можно добиться всего чего хочешь. Как жаль, что в личной жизни все по-другому... от наших усилий ничего не зависит.
Смешить вас мне с годами все трудней,
Ведь я не шут у трона короля.
Я Гамлета в безумии страстей,
Который год играю для себя.
Все кажется — вот маску я сниму
И этот мир изменится со мной,
Но слез моих не видно никому,
Ну что ж, Арлекин я, видно, неплохой!
Счастье такое тихое, родное, что ты носишь его под сердцем. Ей всегда казалось, что когда она наконец-то станет счастливой, то захочется кричать, петь и танцевать, взять за руку весь мир и втянуть в этот танец. А на деле… на деле ты укрываешь эту трепетную голубку в ладонях, подальше от прожорливых взглядов, и бережешь только для себя. И лишь улыбка не сходит с лица, делая тебя подозрительным для других людей.