Все в мутную слилося тень,
То не было – ни ночь, ни день.
То было – тьма без темноты.
То было – бездна пустоты
Без протяженья и границ,
То были образы без лиц,
То страшный мир какой-то был
Без неба, света и светил.
Все в мутную слилося тень,
То не было – ни ночь, ни день.
То было – тьма без темноты.
То было – бездна пустоты
Без протяженья и границ,
То были образы без лиц,
То страшный мир какой-то был
Без неба, света и светил.
Лишь знаю я (и смог снести),
Что тщетно в нас жила любовь,
Лишь чувствую -
Прости! Прости!
Это удовольствие в лесу без троп;
Это восторг одинокого берега;
Это общество, где нет упрёков,
У глубокого синего берега, музыкой слышу его я рёв:
Я люблю человека не меньше, но природа дороже всего.
Но какова ни была бы их судьба, а она печальна, что бы ни ожидало их в будущем — их страна всегда должна оставаться одной из самых интересных на всем земном шаре; и уже самый их язык, быть может, требует только большего изучения, чтобы получать все больше привлекательности… Если писание правильно толкуется, то рай был расположен именно в Армении, которая заплатила также дорого, как и потомки Адама вообще, за мимолетное участие ее почвы в блаженстве того, кто был создан из ее праха; там начала спадать вода после потопа и вылетел голубь. Но почти что с исчезновением рая начались и несчастия страны, потому что хоть она долгое время была могущественным царством — она редко была независима; персидские сатрапы и турецкие паши в равной степени содействовали разорению того края, где бог создал человека по своему образу и подобию.
Ты плачешь — светятся слезой
Ресницы синих глаз.
Фиалка, полная росой,
Роняет свой алмаз.
Ты улыбнулась — пред тобой
Сапфира блеск погас:
Его затмил огонь живой,
Сиянье синих глаз.
Вечерних облаков кайма
Хранит свой нежный цвет,
Когда весь мир объяла тьма
И солнца в небе нет.
Так в глубину душевных туч
Твой проникает взгляд:
Пускай погас последний луч -
В душе горит закат.