Всем лучшим и всем худшим во мне я обязан бессоннице.
Я живу, словно только что умер.
Всем лучшим и всем худшим во мне я обязан бессоннице.
Сколько бы я ни спала, не могла отдохнуть, потому что постоянно видела кошмарные сны. А когда после бессонной ночи встречала утро, не ждала от него никаких радостей.
От моей подушки исходил запах горечи и страдания, и солнечный свет из окна не приносил спасения, а только болью резал измученные бессонницей глаза.
Все тело кричало о том, что сегодня снова начнется еще один день в аду, против которого лекарства бессильны.
Иногда ей кажется, что всю её жизнь можно проследить по тому, из-за чего она не может заснуть в три утра.
Бессонница – это очень серьезно. Все вокруг кажется таким далёким, копией, снятой с копии, сделанной с ещё одной копии. Бессонница встаёт вокруг как стена: ты не можешь ни до чего дотронуться, и ничто не может дотронуться до тебя.
У меня нет ненависти к жизни, нет желания смерти, всё, чего я хотел бы, — это не рождаться на свет.
Я же заместо снов
в ночь раскалённо-тусклую
вижу, как смотрит на
нашу пучину русскую
с трупным пятном луна.
Достигнуть дна, добраться до последней степени униженности, махнуть на себя рукой, опуститься — и повторять это снова и снова, с бессознательным, погибельным упорством! Стать фитюлькой, нулем, смешаться с грязью; и тут, под гнётом и страхом позора, вдруг вспыхнуть и опомниться, собирая себя из собственных останков.
Бессонница — это типа как жизнь, только сокращённая до трёх дней. Люди в обычной жизни вроде как понимают, что всё равно сдохнут, но живут так, как будто бессмертны. Ничего не делают, ничего не создают, не проводят время с теми, с кем хотят, не рискуют, и много всякого дерьма делают. А по-настоящему живут те, кто понимают, что смерть реальна, что она всегда где-то рядом! И эти люди успевают сделать что-то важное, достойное, прожить жизнь ярко, каждый день как последний.