Почему-то многим кажется, что я республиканец, но это не так. На прошлых выборах я вообще не знал, за кого голосовать. Ты смотришь на них, а в голове у тебя что-то вроде: «Ну хорошо, выбор, получается, такой: вы хотите, чтобы вас ударили или чтобы вас пнули».
Раньше в Америке было две партии: у одной была совесть, но не было мозгов, а у другой были мозги, но не было совести. Теперь у нас две совершенно одинаковые партии без совести и мозгов, и я совершенно не понимаю, зачем они нужны.
Я не голосую... Это так запутанно... Я захожу в кабинку, закрываю занавеску, считаю до десяти, затем выхожу, кричу «Демократия!» и бегу к своей машине.
Империя не тянула в свои ряды насильно, но оставляла за собой право защищаться от гнили тирании, сектантства, демократии-модерн и прочих видов социального разложения.
Средний демократический обыватель, который полагает, что он умеет политически мыслить, возмущается самым принципом наследственной власти, — незаслуженной власти. Он также предполагает, что, во-первых, он, этот обыватель, избирает заслуженных людей и что, во-вторых, он избирает. Обыватель ошибается во всех трех случаях.
Мы уже знаем, что демократия — это когда побеждают истинные демократы. Вряд ли наши американские кураторы серьезно собирались внедрять этот свой передовой метод у себя дома. «Такое впечатление, что они потренировавшись в Киеве, готовы у себя в Вашингтоне Майдан организовать», — сказал Владимир Путин.
Дело в том, что в душе у нас зудит демократия, в которой каждый лох право имеет, просто потому, что он есть. Меня это всегда убивало морально. Никогда не мог понять, почему потомственный алкоголик в своём голосе равен матери пяти детей. Или почему профессор любых наук имеет столько же веса в своём выборе, как и юнец, что едва читать умеет, но закончил с горем пополам среднюю школу и получил право.
Мешок, конечно же, развязался, и оттуда выскочил поросенок. Размером с небольшую собаку. Неправдоподобно розовый. Он бегал по платформе из стороны в сторону и отчаянно хрюкал. В его хрюканье сквозило нескрываемое удовольствие: так хрюкают только от удовольствия. Суровый крестьянин, не теряя достоинства, двинулся за поросенком. Он не стал за ним гоняться, а выставил на его пути свой огромный сапог, и поросенок замер. Наверное, именно так и следует ловить поросят. Взяв поросенка в охапку, крестьянин бросил его в мешок. Безмолвная прежде Люба повернулась к нам и отчетливо сказала: «Вот и вся демократия».
В Средние века религии боролись и дрались за приватизацию народов и стран. В конце концов мир поделили. А так как развитому капитализму-каннибализму всё неймётся, то для нового передела нужно было придумать новую религию. Вот такой религией и стала демократия.
Ведь большинство людей в неё верят, не понимая, в чём суть.
Демократия – это когда меньшинство подчиняется мнению большинства. А что такое большинство? Большинство в любой стране мира – это троечники. Те, кто учился неудовлетворительно. Воспитанные попсой, а не музыкой, комиксами, а не живописью и так далее… Те, у кого нет своего собственного «я»: обыватели, удобрения истории. Получается так, что эти удобрения истории добровольно выбирают себе правителей. А тех, у кого нет собственного мнения, легче всего развести.
Все, кто кичится своей приверженностью к демократии, делятся для меня на две группы: лохов, которые в нее верят, и далеко не лохов, которые разводят лохов. Последние делают это цинично и умело, поскольку сами прекрасно понимают, что демократия – власть денег, выбранная за деньги и ради денег.
Кто побеждает во время выборов? Тот, у кого больше денег, чтобы развесить рекламу на заборах и купить время на ТВ. И тот, у кого лучше подвешен язык.
Этим лохам, которых большинство, этим троечникам, внушили, что демократия – это власть народа. Даже само слово «демократия», гипнотизируя всех, объясняют как производное от слова «демос», что значит «народ». Троечники в это верят. Но «демос» – не «народ». «Демос» – это та часть народа, которая имела право голоса в Греции, то есть рабовладельцы и правящая верхушка. А большинство людей, не имеющих права голоса, в том числе и рабы, – это «охлос». Какая же это демократия в нашем понимании, если большинство людей не имеют права выбора? Сегодня почти такая же ситуация в Латвии, где большинство русских не имеют права выбора. Просто не знают, что по-гречески они «охлос».
Откуда взялось слово «демос» по отношению к тем, кто голосует? От «демон». Знаете слово «демонтировать»? А ещё есть слово «демоны». «Мон» означало «единство». Поначалу – единство духовное. Демонтировать – наоборот, нарушать целостность, причём духовную целостность. Демонтаж души! Демоны – те, кто разрывает душу на мелкие клочки. Если перейти на восточную философию – это значит, что аура рассыпается на осколки. Нимб упал, треснул и разбился. Почему же таким словом, означающим полный демонтаж нравственности и морали, назвали тех, кто голосовал? Потому что именно правители и рабовладельцы во время голосования руководствовались демоническими чувствами. «Выберем того, кто обещал казнить, отомстить, завоевать, обогатиться за счёт порабощения других народов». Так что пускай нам те, кто называет себя демократами, не втюхивают, что демократия – это власть народа. Это власть демонов! Демонкратия!
Это и есть сегодняшняя религия. Ведь так же, как в Средние века религии боролись за паству, так и демократия борется за то, чтобы подчинить себе лохов всея Земли. И лохи так
же верят. Демократия борется за паству. А паства – от слова «пасти». И английское слово «pastor» от слова «пастух».
Демократические правители мира – это пастухи, для которых главное – превратить большую часть человечества в стадо. А потому и образование они хотят сделать таким, чтобы троечники превратились в двоечников.
Теперь никому ничего не надо, кроме денег, теперь, блин, демократия: не нравится власть — не выбирай. Она сама себя выберет. На то и урны. Поэтому пресса почти разнадобилась — держат так, для приличия, чтобы на переговорах западные умники не доставали.
Главная угроза американской стабильности и, вообще, американскому обществу и существованию Америки — представляет собой демократия . И, собственно, Америка идёт по этому пути — надо демократию ликвидировать. Ценность демократии очень относительна. Ты знаешь, я тот ещё демократ... Я тут придумал, кстати, интегральное определение демократии. Демократия — это когда начальство «ссыт» своих подчинённых. Это омерзительное зрелище, ни одна нормально работающая структура в этой обстановке эффективно работать не может.
Cлайд с цитатой