Алена Филипенко. Мой лучший враг

Сумашествие – страшная штука. Сошедший с ума человек не виноват в том, что в один момент он взял да сошел с ума. Сумасшествие не выбирают. Сумасшествие – это болезнь. Болезнь в голове. Ужасная болезнь. Она разрушает мозг. Съедает его. Сумасшедших людей нельзя ненавидеть, потому что они не виноваты в том, что с ними произошло.

Всё это я говорила себе на протяжении последующих лет.

0.00

Другие цитаты по теме

Я вижу железное сердце, вокруг которого — огненное кольцо. Я хочу добраться до этого сердца, хочу пробраться сквозь огонь — но обжигаюсь и отступаю. И опускаю руки. Но даже если я проберусь сквозь огонь и дотянусь до сердца — я все равно не удержу в руках раскаленное железо. И выроню из рук.

Ты столько лет пряталась от меня, и сейчас, когда ты так близко, как я могу отпустить тебя?

Добро пожаловать в нашу семью ущербных и убогих, но чертовски дружных ребят!

— Тома, знаешь, что самое главное в семье?

— Нет, — тихо ответила я. Мне не хотелось её слушать. Мне было не до её умных мыслей и размышлений.

— Я, ты, дедушка, мама, дядя Костя — мы все как один организм, понимаешь? Никто никогда так тебя не поддержит и не поможет тебе, как твоя семья. Проблема одного — проблема всей семьи. И не нужно прятаться от этого. Таков семейный долг.

— Но это только моя проблема, — сквозь зубы процедила я, яростно стирая слово «драная».

— Ты ошибаешься, — бабушка забрала у меня тряпку, оторвала кусок и вернула мне. Стала помогать оттирать буквы. — Семья — это несколько тел и одна душа. Не пытайся отделиться, у тебя не получится. Не пытайся расколоть эту душу. Душа одна. И ты ничего с этим не поделаешь. Никогда не пытайся отгораживаться от своей семьи. Проблема одного — проблема всех.

Стас смотрит на нее. Взгляд, полный боли. Взгляд раненой собаки. Боль, отчаяние, необыкновенная теплота и нежность — все смешалось в этом взгляде. Он смотрит на ту, которая никогда не будет ему принадлежать.

Страшно менять что-либо в своей жизни. Человек способен привыкнуть к чему угодно... Даже к ужасным вещам, если эти вещи происходят с ним изо дня в день.

Когда ты сумашедший — это не так мешает. Ужасно, когда ты сходишь с ума.

Пьянка есть добровольное упражнение в безумии. Если и выпивать, то поменьше и пореже. И только если нужда в этом есть.

Он вспоминает одну картину, в которой психиатр уверяет своего клиента, героя картины, в том, что если человек задаётся вопросом, нормален ли он, то он наверняка нормален. Настоящие шизики всегда твёрдо уверены в своей нормальности. Поэтому он, скорее всего, нормален, раз способен подвергать этот факт сомнению.