Смерть — таинственное лекарство против тщеславия.
Единственное лекарство против тщеславия — смех, и единственный недостаток, над которым можно смеяться, — тщеславие.
Смерть — таинственное лекарство против тщеславия.
Единственное лекарство против тщеславия — смех, и единственный недостаток, над которым можно смеяться, — тщеславие.
По старой привычке ей захотелось для успокоения прогуляться по кладбищу. Ближайшим было Монпарнасское кладбище. Оно всё состояло из хрупких домишек — миниатюрных часовенок, возведённых над каждой могилой. Сабина понять не могла, почему мёртвым хочется иметь над собой эту имитацию дворцов. Кладбище, по сути, было тщеславием, обращенным в камень. Вместо того чтобы после смерти стать разумнее, его обитатели оказывались ещё более безрассудными, чем при жизни. На памятниках они демонстрировали свою значимость. Здесь покоились не отцы, братья, сыновья или бабушки, а сановники и общественные деятели, обладатели званий, чинов и почестей; почтовый чиновник и тот выставлял напоказ своё положение, своё общественное значение — своё достоинство.
Как же это нелепо мнить себя героем, искать славы в смертях тысяч людей. Только дьявольское тщеславие может родить такие мысли.
Единственное лекарство против тщеславия — смех, и единственный недостаток, над которым можно смеяться, — тщеславие.
Вначале было тщеславие. Сколько кушаний стремятся попробовать только потому, что они дороги!
Весели Смерть! Порадуй ее своей песней, да так, чтобы она навсегда запомнила этот бой!
Зачем любить кого-то, если я не любима?
Живые души вокруг, но все проходят мимо.
Неумолимо время бежит, она идет в никуда,
На сердце лед — зная, что никто не ждет,
Земля примет меня, как принимала других...
Она упала на снег, и в миг ветер затих,
Судьбу не изменить, замерзает ее тело.
Годы жизни, крест, надпись «Изабелла».
Смерть есть только один шаг в нашем непрерывном развитии. Таким же шагом было и наше рождение, с той лишь разницей, что рождение есть смерть для одной формы бытия, смерть есть рождение в другую форму бытия.