Я испытывал время собой,
Время стёрлось и стало другим,
Податливый гипс простыни
Сохранил твою форму тепла.
Я испытывал время собой,
Время стёрлось и стало другим,
Податливый гипс простыни
Сохранил твою форму тепла.
По лунному свету блуждаю, посвистывая,
Но только оглядываться мы не должны.
Идёт, идёт, идёт вслед за мной
Вышиной в десять сажень добрейший князь -
Князь Тишины.
Добрейший князь — Князь Тишины.
Мой князь — Князь Тишины...
Мой князь — Князь Тишины...
Мой князь — Князь Тишины...
Мой князь — Князь Тишины...
Мой старый друг, мой верный Дьявол,
Пропел мне песенку одну:
— Всю ночь моряк в пучине плавал,
А на заре пошел ко дну.
Вокруг вставали волны-стены,
Спадали, вспенивались вновь,
Пред ним неслась, белее пены,
Его великая любовь.
Он слышал зов, когда он плавал:
«О, верь мне, я не обману»…
Но помни, — молвил умный Дьявол, -
Он на заре пошел ко дну.
Мы будем жить с тобой
В маленькой хижине,
На берегу очень дикой реки.
Никто и никогда, поверь,
Не будет обиженным
На то, что когда-то покинул пески.
На берегу очень дикой реки,
На берегу этой тихой реки.
В дебрях чужих у священной воды,
В теплых лесах безымянной реки.
Ты не умеешь ходить по воде,
Ты не умеешь творить чудеса.
Когда тебе больно — ты плачешь,
Когда тебе стыдно — опускаешь глаза.
Но в твоих пальцах мое одиночество,
Сгорая, обращается в дым.
И все, что ты можешь, и все, что ты знаешь -
Это делать мое сердце большим.
Она ждёт любви с востока и запада,
Она ждёт любви с юга и севера.
Любовь — это газ из цвета и запаха
И мир, как листва, опадает с дерева.
Ну! Разденься!
Выйди на улицу голой
И я подавлю свою ревность,
Если так нужно для дела,
Разденься!
Хей!
Если я тебе дорога, если ты меня любишь, подожди два года и в этот самый день приходи к дому у озера… Я буду здесь.
Как бы я тогда сказал ей,
В золотистом том окрасе
Умирающего солнца,
Тяжелеющего солнца,
Да беременного солнца
Красотой.
Как бы я тогда сказал ей
Что, пожалуй,
Дальше жить уже не стоит,
Оттого что мне священна
Эта родинка на веке,
И я верю, что не будет
Совершенней
больше
Тел.