— Во имя генерала Паттона, что это?! Улетай отсюда, Номад. Это моя добыча!
— А как же вы, майор?
— Я — морпех, сынок! Я и по воде пройду, если надо! А ты своё дело сделал: теперь вали отсюда, пока я их отвлекаю.
— Во имя генерала Паттона, что это?! Улетай отсюда, Номад. Это моя добыча!
— А как же вы, майор?
— Я — морпех, сынок! Я и по воде пройду, если надо! А ты своё дело сделал: теперь вали отсюда, пока я их отвлекаю.
-... Мои дни сочтены, здесь мы расстанемся. Прощай, мой сын. Я очень любил тебя. И хочу... Нет, прошу: расстанемся без грусти. Нам легче будет.
— Отец..
— Спасибо, Бемби. Спасибо. А теперь вперёд, мой сын. Вперёд! И ничего не бойся.
— Я слышал, вы многим обязаны этому юноше.
— Только моей жизнью. Так что, боюсь, не очень уж и многим.
И Паганини... Он скрипку роняет,
Слыша каприччио в рокоте волн.
Сцена надеждами вновь озаряет
Ноты расстроенных флейт и валторн.
Нем Паганини. Струна безнадежна.
Но наступает прощания час...
Женщина плачет так тонко, так нежно,
И хризолиты струятся из глаз.
Узкими пальцами трогает розу,
И, отразив торжество красоты,
В трещине зеркала рушится проза
И вырастает крыло высоты.
Ангелом рвётся из рук его скрипка,
В воздухе реют дворцы — всё она!
Льётся эфир, будто не было крика.
Тайна бессмертия разрешена.
— Мы собрались здесь, чтобы проститься с Таком и... э... как там звали второго?
— Кико.
— О да, и Ки... э...
— ... ко.
— ... ко! Мы никогда его не забудем...
— Их.
— Да, и их мы тоже не забудем.
Если друг отказался дать вам взаймы 50 долларов, вероятно, он знает вас особенно близко.
Прощайте, прекрасные, изысканные лилии, покоящиеся в маленьких живописных святилищах, прощайте, прекрасные лилии, наша гордость и оправдание нашего бытия, прощайте, Подонки.
За что тебя прокляли, за то прокляли, — сказал он. — Пускай тебе Бог прощает. Но я жив благодаря тебе, и что в долгу пред тобой, так в долгу. И долг отплачу.
Прощай, увидимся едва ли.
Уже не мой и больше не твоя.
Одним несбывшимся желанием,
Мы растворились в стуже января.
Я злобы не держу и нету боли,
Любимым был и нелюбим...
И слёз моих ты не увидишь более,
Дорогою своей иди один!
Мне святы крылья за спиною,
Я стрелы выну из груди.
Моей заботы ты не стоишь,
Из сердца прочь, прочь от души!
Оставь меня в беспамятной ночи,
Не потревожь мой сон.
И если будет больно, то кричи!
Отдай свой крик другой.