Когда тебе всего одиннадцать, тридцать лет — это не просто «надолго». Это — навсегда.
Брать взаймы — все равно что плыть с камнем на шее...
Когда тебе всего одиннадцать, тридцать лет — это не просто «надолго». Это — навсегда.
Однако Пит настоящий кот — он предпочитает ходить на улицу и по-прежнему убеждён, что если попробовать все двери, то одна из них обязательно окажется Дверью в Лето. И знаете… Я думаю, он прав.
Патологические лгуны, прежде чем воспарить в сферы безудержной фантазии, отталкиваются от правды.
А по понедельникам я люблю, чтобы голова немножко гудела: помогает вспомнить, какой это день недели.
Назло всем нытикам, романтикам, узколобым мир постоянно совершенствуется с помощью человеческого разума, улучшающего окружающую среду… используя инструменты… здравый смысл и достижения науки и техники.
А длинноволосых хулителей, которые не могут ни гвоздя вбить, ни логарифмической линейкой пользоваться, я бы посадил на платформу профессора Твишела и спровадил назад, в двенадцатое столетие, — пусть там наслаждаются.
Он принялся излагать мне математическое обоснование теории времени и темпоральных перемещений (он никогда не употреблял выражение «путешествие во времени»), но записывать запретил. Впрочем, в записях и так не было бы смысла, ибо каждое обоснование он предварял словами: «Таким образом, очевидно, что...» — и переходил к вещам, очевидным только для него и Господа Бога, но ни для кого больше.