Нет, я не грущу,
Просто жду и молчу.
Чтоб говорить смелей,
Жду улыбки твоей.
Мы ведь почти друзья,
Ты похож на меня.
Может быть, ты, как я,
Ждешь улыбки моей?
Нет, я не грущу,
Просто жду и молчу.
Чтоб говорить смелей,
Жду улыбки твоей.
Мы ведь почти друзья,
Ты похож на меня.
Может быть, ты, как я,
Ждешь улыбки моей?
С часов ещё пещерной древности
Природой объяснить была попытка:
Сильнее самой лютой ненависти
Простая откровенная улыбка.
Дай ей повод улыбнуться, потому что знаешь что, знаешь что... она заговорит с тобой, если ты дашь ей повод улыбнуться.
До меня дошло, что я только что получил важный урок, который пригодится для дальнейшей жизни в Париже: не надо пытаться понравиться всем и каждому — это так по-английски. Наоборот, ты должен показать, что тебе глубоко наплевать на чужое мнение. И только в этом случае ты получишь желаемое. Пытаясь расположить людей к себе, я, оказывается, все делал не так. Если во Франции ты чересчур часто улыбаешься, тебе сочтут умственно отсталым.
Ему стоило труда улыбнуться и никогда не удавалось заплакать. Он не умел находить утешение в слезах и временное облегчение в веселье.
К кому обращена наша улыбка, когда мы невольно и глуповато улыбаемся перед объективом? К нам самим на пороге смерти.
Я вспомнил картинку в учебнике ветеринарного акушерства. Корова невозмутимо стоит на сияющем белизной полу, а элегантный ветеринар в незапятнанном специальном комбинезоне вводит руку разве что по запястье. Он безмятежно улыбается, фермер и его работники безмятежно улыбаются, даже корова безмятежно улыбается. Ни навоза, ни крови, ни пота – только чистота и улыбки.