Когда перестают соблюдать законы, это уже почти Вавилон.
Буквы закона нередко подобраны цифрами гонораров.
Когда перестают соблюдать законы, это уже почти Вавилон.
Я не понимаю, почему проституция незаконна. Продавать — законно. Трахаться — законно. Почему же тогда трахаться за деньги — незаконно?
Ш. Х.: — Заехать в безлюдное место, успешно совершить преступление, а потом звонить в полицию и ехать к детективу? Где смысл?
И.: — Решил всех обхитрить, чтобы не заподозрили.
Ш. Х.: — Вы видели его? Болезненно полный, дурной запах изо рта, правая рука любителя интернет-порно, явные признаки запущенной болезни сосудов и сердца, ничтожное мнение о себе, IQ близкий к дебильности... и вы думаете, что он способен на подобное?
П.: — Что вы сказали? Больное сердце?!
Чиновники — это трутни, пишущие законы, по которым человеку не прожить. Почему у министров жалованье постоянно и независимо от того, хорошо или дурно живётся населению Пруссии? Вот если бы квота жалованья бюрократов колебалась вверх-вниз в зависимости от уровня жизни народа, тогда бы эти дураки меньше писали законов, а больше бы думали.
Закон должен быть краток, чтобы невеждам легче было его усвоить. Он — как божественный голос свыше: приказывает, а не обсуждает.
Законы и мораль придумали скучные посредственности. Но нарушать условности нужно умело, так, чтобы неправильным казался сам закон, а не его нарушитель.