В чудесном платье серая мышка превратится в принцессу и откроется дверь в иной мир, как перед героями фэнтезийных книжек.
0.00
— Как в Москве?
— Пусто.
— Куда же подевался народ?
— Что мне народ, когда нет тебя.
Тамара Крюкова. Триптих в черно-белых тонах
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Если бы ты был здесь, ты бы оценил закат. Я таких красок в жизни не видела.
— Закаты и восходы случаются только там, где ты. Тут только серые сумерки.
Летом я повезу тебя на море. Я присмотрел местечко на Крите. Остров богов. Как раз для тебя.
— Вечно мне не везет, — парень махнул рукой.
Двое невезучих. По теории минус на минус дают плюс, а на практике полный облом.
Впрочем, настоящее не стоило того, чтобы за него держаться. Унылые лица и серые будни. ОН не в счет. ОН — проводник в волшебный мир мечты.
Глупец. Это только в сказке чудовище превращается в прекрасного принца, а в жизни принц является со стороны, оставляя чудовище с носом.
Начиная с семилетнего возраста Генерал безудержно и жадно читал, брал книги в библиотеках, занимал у приятелей, покупал, поглощал сотни, тысячи страниц на русском и английском языках, читал на фарси, урду и французском. Позже, когда энтузиазм ослаб, он шутил: «Я знаю пять языков, но мне нечего сказать ни на одном из них». В шутке, как всегда, была доля правды. Книги учили, развлекали, сердили, погружали в раздумье, но во всем их разноязыком множестве не было внятного слова о главном — о смысле жизни. Только гении, подобные Екклесиасту, Пушкину и Толстому, приближались к этому главному, но и они то ли не могли, то ли боялись сказать, зачем живет человек. От книг остались в памяти обрывки чужих мыслей, цитаты без принадлежности, недоверие к ученой мудрости, осознание ограниченности любого знания и необъятности непознанного.
Эйда, пожалуйста, поддержи меня ещё раз. Чтобы книга не рассыпалась, ей нужен переплёт.