Слезы вечно были
Верительною грамотой людей,
Его ж глаза... не женщина носила
Его во чреве. О! Заставьте
Свои глаза, пока не поздно,
Учиться плакать, иначе придется
В ужасный час наверстывать, быть может.
Слезы вечно были
Верительною грамотой людей,
Его ж глаза... не женщина носила
Его во чреве. О! Заставьте
Свои глаза, пока не поздно,
Учиться плакать, иначе придется
В ужасный час наверстывать, быть может.
Люди, люди! Порождение крокодилов! Ваши слезы — вода! Ваши сердца — твердый булат! Поцелуи — кинжалы в грудь!
Люди! Люди! Лживые, коварные ехидны! Их слезы — вода! Их сердца — железо! Поцелуй на устах — и кинжал в сердце!
О, они хитроумны до тех пор, пока им приходится иметь дело только с головой, а стоит им столкнуться с сердцем — и злодеи мгновенно глупеют!...
Мне, однако, приятно, что я могу плакать!
Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы, ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и пустой желудок.