Руки будто помнили топографию его тела, и даже губы помнили его поцелуи.
Самое приятное в том, чтобы быть чьей-то половинкой — это возможность разделять свою жизнь с другим.
Руки будто помнили топографию его тела, и даже губы помнили его поцелуи.
Самое приятное в том, чтобы быть чьей-то половинкой — это возможность разделять свою жизнь с другим.
— Ты его любила?
— Любила? Нет. Мы были хорошими товарищами, наслаждались вместе сексом и охотой. Но любить? Нет.
— Ты его любила?
— Любила? Нет. Мы были хорошими товарищами, наслаждались вместе сексом и охотой. Но любить? Нет.
Самое приятно в том, чтобы быть чьей-то половинкой — это возможность разделять свою жизнь с другим.
Однако еще больше мне не нравилось быть " женщиной в беде ", которая появляется на пороге у друзей, чтоб разделить с ними груз своих забот.
Может ли быть что-нибудь хуже, чем иметь в качестве постоянного спутника собственного убийцу?
Ты будешь думать, что я жестока, самолюбива. Да, это верно, но таково уж свойство любви: чем она жарче, тем эгоистичнее. Ты не представляешь, до чего я ревнива. Ты полюбишь меня и пойдешь со мной до самой смерти. Можешь меня возненавидеть, но все-таки ты пойдешь со мной, и будешь ненавидеть и в смерти, и потом, за гробом.
Очень легко думать о любви. Очень трудно любить. Очень легко любить весь мир. Настоящая трудность в том, чтобы любить реальное человеческое существо.