— А вам такие письма писали, мадемуазель?
— Нет. Меня не называли киской...
— А вам такие письма писали, мадемуазель?
— Нет. Меня не называли киской...
— Тут у них такой счастливый вид.
— Понятно счастливый! Ведь у них на обед кролик, а для детей вафли с джемом.
Теперь он понял.... сейчас он положит чайную ложку, соберет пальцем сахарные песчинки со стола, потом обернется и заговорит со мной...
Вы даже хуже, чем любой фрукт, потому что даже яблоко имеет сердцевину!
(Вы-то уж точно не фрукт, потому что даже у яблока есть сердцевина!)
Как было бы здорово, если бы в каждом подвальном окне сидел суфлер и подсказывал хлёсткий ответ. Тогда бы и самый робкий человек знал, что сказать.
Я перенесла два инфаркта, мне пришлось сделать аборт, потому что я принимала героин во время беременности, а в остальном я в порядке.
Вы даже хуже, чем любой фрукт, потому что даже яблоко имеет сердцевину!
(Вы-то уж точно не фрукт, потому что даже у яблока есть сердцевина!)
— Какое горе! Принцесса Диана была так молода и красива!
— Будь она старой и страшной — было бы не так плохо?..
У Амели нет мужчины. Она сделала пару попыток, но они оказались неубедительными... Зато у неё есть свои мелкие радости: запустить ладонь в мешок с фасолью, сломать сахарную корочку чайной ложкой и пускать «блинчики» по воде канала Сен-Мартен.
Подобно Дон Кихоту, она сражалась с неутомимой мельницей человеческого горя. Эта безнадёжная битва безвозвратно поглотила её жизнь.