Мистер Трихорн относится к вещам как к женщинам.
У каждой женщины обязательно имеется некий красивый шкафчик (шкатулка, ящичек), под самую крышку набитый Хламом Неизвестного Назначения.
Мистер Трихорн относится к вещам как к женщинам.
У каждой женщины обязательно имеется некий красивый шкафчик (шкатулка, ящичек), под самую крышку набитый Хламом Неизвестного Назначения.
Не важно, что платье от кутюр, если девушка ширпотреб, и потом, как и все вещи, которые не подошли, тебя отправят обратно.
Женщина, живущая в огромном доме, может гордиться красивыми вещами, окружающими её, но в тот момент, когда начинается пожар, ей приходится быстро выбрать лишь несколько из них, которые для нее больше всего значат.
Как женщины обычно успокаивают своих мужчин, когда им не нравится какая-то вещь? Знаете, как? Никак! Единственное, что женщины умеют и делают в этот момент, это говорят: «А я тебе говорила...»
Великолепный план, Уолтер. Просто охеренный, если я правильно понял. Надёжный, как швейцарские часы.
Если вы перестанете уподобляться американским сорокалетним шопоголичкам и скупать все, на чем есть табличка SALE, то вы перестанете обрастать раздражающими пылесобирателями на полках и в мозгах. И тогда вы будете в шоке, как вдруг подпрыгнут ваше внимание и трудоспособность.
Кому приходится соперничать с вещами, тот начинает вещи ненавидеть. Так, женщины испытывают ненависть к мужниной работе, к компьютерам — мужской забаве, а мужчины — к женским тряпкам, побрякушкам и вечному обновлению мебели.
Мужчина редко понимает, как много значит для него близкая женщина, — во всяком случае, он не ценит ее по-настоящему, пока не лишится семьи. Он не замечает тончайшего, неуловимого тепла, создаваемого присутствием женщины в доме; но едва оно исчезнет, в жизни его образуется пустота, и он смутно тоскует о чем-то, сам не зная, чего же ему недостает. Если его товарищи не более умудрены опытом, чем он сам, они с сомнением покачают головами и начнут пичкать его сильнодействующими лекарствами. Но голод не отпускает — напротив, мучит все сильней; человек теряет вкус к обычному, повседневному существованию, становится мрачен и угрюм; и вот в один прекрасный день, когда сосущая пустота внутри становится нестерпимой, его, наконец, осеняет.