Человек не может быть счастливым, это противно его природе.
Нельзя танцевать «зачем-то» или «для чего-то». Танец — ради танца. Не он для нас, а мы для него. Пока есть танец, того, кто танцует, нет. И это — самое главное. Единственная наша корысть состоит в том, что когда танец закончится, мы можем быть совершенно уверены, что рано или поздно начнется новый. И это такое счастье, что я каждый день готова плакать от зависти к самой себе.
Болезнь человечества — это слабость и двуличие, а то и вовсе, безличие. Никто не помнит, кем он был вчера, но знает, кем будет завтра. Люди не живут в Сейчас. Все чего-то боятся. И лекарство от этой болезни есть только одно — гармония.
Как прекрасно быть Свободным человеком. Свободным от предрассудков, от людских рамок, от мирской суеты. Ближе к природе: просыпаться с рассветом, ложиться с восходом луны; наблюдать закаты солнца и запоминать созвездия. Какое наслаждение чувствовать себя частью одного целого — Бесконечного Бытия. Наслаждение — быть наедине с Собой, наедине с Богом.
Как приятно освободить свой разум от докучливой повседневной работы, освободить свою душу от жизненных забот и переживаний.
Какое счастье быть Свободной. Какое счастье быть Собой. Спасибо!
— Знаешь, мальчик, я действительно долгое время полагал, будто вижу людей насквозь. Мне очень нравилось думать, что так оно и есть... Старость — отвратительная штука, но одно несомненное преимущество у неё всё-таки имеется. Она избавляет от иллюзий. От любых иллюзий, в том числе и насчет собственной исключительности. Не такой уж я мудрец, как принято полагать. Я действительно всегда был довольно прозорлив и весьма хитер, но это не значит, что я способен видеть людей насквозь. На это никто не способен. Можно прочитать чужие мысли-невелика наука! Можно с уверенностью предсказать действия любого живого человека, порой мне кажется, что нет ничего проще. Но узнать, что на самом деле стоит перед тобой, — невозможно! Ты понимаешь, о чем я?
— Не знаю, — честно сказал я. — Скорее всё-таки нет.
— Что ж, значит, у тебя есть шанс понять,-оптимистически заявил Нуфлин. — Видишь ли, мальчик, каждый из нас живет в окружении загадочных существ — других людей.
Ветер затих, уступая еле заметному туману, в котором мешался сок листьев, сырость земли и соль близкого моря. Тишина и покой, что случаются после летнего дождя, обещали тихую и пронзительную радость, какая бывает в редкие минуты предчувствия полного счастья.
Тот, кому довелось хоть на мгновенье оказаться в чужой шкуре, поостережется употреблять слова, чье звучание сходно с презрительными плевками.
Скептический ум — страшное оружие в борьбе с собственным счастьем, немудрено, что я в этой битве всегда выхожу победителем.
Просто невозможно заставить себя сделать некоторые вещи, пока тебя не припрут к стенке!
Проснуться у себя дома — к счастью.
Впрочем, проснуться не у себя дома — тоже к счастью.
Вообще, проснуться — к счастью.
Если уж всё так прекрасно сложилось, что вы ухитрились как-то сегодня проснуться, вам теперь ничего не страшно. Всё будет хорошо.
А если вдруг снова что-то пойдет не так, имейте в виду, это тоже — к счастью.
Примета такая, ага.
Просто ты ему всегда нравился, а у тебя есть одно забавное свойство: ты всем отвечаешь взаимностью. И поэтому абсолютно не разбираешься в людях. Все кому ты нравишься по твоему глубокому убеждению — милейшие люди, а прочие — злодеи, каких поискать.
Воздух такой свежий и терпкий, что даже на языке ощущается горечь молодой зелени. Начало лета, какого же счастья ещё можно пожелать?
Cлайд с цитатой