Макс Фрай. Белые камни Харумбы

Другие цитаты по теме

Справедливость как таковая вообще не является одним из непреложных законов вселенной: это понятие — всего лишь порождение великой потаенной мечты каждого человека получить хоть какую-то награду за свои истинные и мнимые достоинства, не оцененные ближними...

Болезнь человечества — это слабость и двуличие, а то и вовсе, безличие. Никто не помнит, кем он был вчера, но знает, кем будет завтра. Люди не живут в Сейчас. Все чего-то боятся. И лекарство от этой болезни есть только одно — гармония.

Как прекрасно быть Свободным человеком. Свободным от предрассудков, от людских рамок, от мирской суеты. Ближе к природе: просыпаться с рассветом, ложиться с восходом луны; наблюдать закаты солнца и запоминать созвездия. Какое наслаждение чувствовать себя частью одного целого — Бесконечного Бытия. Наслаждение — быть наедине с Собой, наедине с Богом.

Как приятно освободить свой разум от докучливой повседневной работы, освободить свою душу от жизненных забот и переживаний.

Какое счастье быть Свободной. Какое счастье быть Собой. Спасибо!

Ветер затих, уступая еле заметному туману, в котором мешался сок листьев, сырость земли и соль близкого моря. Тишина и покой, что случаются после летнего дождя, обещали тихую и пронзительную радость, какая бывает в редкие минуты предчувствия полного счастья.

Скептический ум — страшное оружие в борьбе с собственным счастьем, немудрено, что я в этой битве всегда выхожу победителем.

— Знаешь, мальчик, я действительно долгое время полагал, будто вижу людей насквозь. Мне очень нравилось думать, что так оно и есть... Старость — отвратительная штука, но одно несомненное преимущество у неё всё-таки имеется. Она избавляет от иллюзий. От любых иллюзий, в том числе и насчет собственной исключительности. Не такой уж я мудрец, как принято полагать. Я действительно всегда был довольно прозорлив и весьма хитер, но это не значит, что я способен видеть людей насквозь. На это никто не способен. Можно прочитать чужие мысли-невелика наука! Можно с уверенностью предсказать действия любого живого человека, порой мне кажется, что нет ничего проще. Но узнать, что на самом деле стоит перед тобой, — невозможно! Ты понимаешь, о чем я?

— Не знаю, — честно сказал я. — Скорее всё-таки нет.

— Что ж, значит, у тебя есть шанс понять,-оптимистически заявил Нуфлин. — Видишь ли, мальчик, каждый из нас живет в окружении загадочных существ — других людей.

Тот, кому довелось хоть на мгновенье оказаться в чужой шкуре, поостережется употреблять слова, чье звучание сходно с презрительными плевками.

Проснуться у себя дома — к счастью.

Впрочем, проснуться не у себя дома — тоже к счастью.

Вообще, проснуться — к счастью.

Если уж всё так прекрасно сложилось, что вы ухитрились как-то сегодня проснуться, вам теперь ничего не страшно. Всё будет хорошо.

А если вдруг снова что-то пойдет не так, имейте в виду, это тоже — к счастью.

Примета такая, ага.

Просто невозможно заставить себя сделать некоторые вещи, пока тебя не припрут к стенке!

Посмотри на пейзаж, которым тебе дано наслаждаться, посмотри, как вырисовывается вдали берег, будто кружево, как солнце зажигает там тысячу разных огоньков. Каждое дерево, отдаваясь ласкам ветра, колышется в собственном ритме. Ты думаешь, природа из страха придумала все эти мелочи... Но самая прекрасная вещь, которую дала нам земля, то, что превращает нас в человеческие существа, — это счастье делиться с кем-то.

Каждый из нас живет в окружении загадочных существ – других людей. Но когда ты пытливо вглядываешься в лицо очередного незнакомца, ты видишь всего лишь собственное отражение. Часто – искаженное до неузнаваемости, но все же… Положим, ты способен прочитать чужие мысли – и что с того? «Я ненавижу тебя!» – думает незнакомец, и ты решаешь, будто он – злейший враг, поскольку ты сам употребил бы слово «ненавижу», только размышляя о враге. А на самом деле никакой он не враг. Незнакомцу решительно наплевать на тебя, просто у него, предположим, болит голова, и в такие минуты он с ненавистью думает о любом живом существе, которое попадается на его пути.