Учёный имеет право на ошибку. Большой учёный имеет право на большую ошибку. Не ошибается тот, кто ничего не делает.
В кругу учёных есть только два понятия: наука и мнение. Первая даёт точное познание о вещах, а последнее порождает невежество. Следовательно, священное должно сообщать только просвещенным людям, которые уже достаточно ознакомлены с началами и важностью таких предметов: но отнюдь не передавайте священного профанам, пока они не будут посвящены в таинства науки.
Ученые не беспристрастны, они не соблюдают даже своих, ученых правил, особенно же пристрастны они, когда предпочитают быстрой перемене медленные, постепенные изменения. Они видят повсюду, как сгущаются сумерки, ибо верят, что это сумерки богов. Не знаю, но посмею предположить, что они не видят того дневного света, в котором живут люди.
На вопрос одного невежи: «Отчего вы всю жизнь копаетесь с одним червяком?» — некий ученый муж ответил: «Оттого, сударь, что жизнь короткая, а червяк длинный».
Философ легко торжествует над будущею и минувшею скорбями, но он же легко побеждается настоящею.
Религия рассеивается, как туман, царства разрушаются, но труды ученых остаются на вечные времена.
Скиннер писал, что в возрасте двадцати трех лет прочел в «Нью-Йорктаймс мэгэзин» статью Герберта Уэллса, в которой тот утверждал, что если бы ему нужно было выбрать, чью жизнь спасать — Ивана Павлова или Джорджа Бернарда Шоу, — он выбрал бы Павлова, потому что наука более целительна, чем искусство.
Непросвещенные люди все одинаковы, как листы белой бумаги.
Просвещенные умы различны, как книги.
Наука должна быть весёлая, увлекательная и простая. Таковыми же должны быть и учёные.
Жизнь — альбом. Человек — карандаш. Дела — ландшафт. Время — гумиэластик: и отскакивает и стирает.
Cлайд с цитатой