А обедня — это то же, что и обед?
8.00
А в этой рыбе чей-то волос... Вкусный волос!
Альф (ALF)
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатой— Что здесь такое?
— Дважды запеченная свинина.
— Больше похоже на дважды съеденную свинину.
— Вилли, я знаю правило «Мы не едим членов нашей семьи...»
— Мы не едим членов ничьей семьи!
— А кого мы едим?
Если бы дело было только в геях. Все больше появляется каких-то организаций, движений, которые требуют к себе особого внимания, навязывают свои правила, заявляют о себе, причем непременно со скандалом. Им нужно голышом ворваться в церковь или там залезть в окно мясного ресторана с плакатом: «Хватит уже есть себе подобных!». Никто же не притесняет вегетарианцев — ешьте, что хотите! Но среди них обязательно найдутся такие, которым мало просто сидеть и пережевывать траву, им обязательно надо упрекнуть остальных, что есть мясо — это аморально. Я отвечу тем же оружием, ребята, если вы так заботитесь о судьбе животных, зачем вы съедаете их корм?! В таком случае, ешьте те растения, которые животные не едят. Либо те, которые они уже съели... А что, кролик, между прочим, одно и тоже три раза ест, вот это я понимаю, забота о природе. Прежде, чем упрекать, надо доказать, что от вас есть какая-то польза. Я не знаю, соберитесь в субботу где-то в парке, разбейтесь на группы, одни пусть съедают всю амброзию, вторые тополиный пух, да вам аллергики в этом же парке поставят вот такой памятник! У вас одни разговоры: кушать свинину не гуманно, а жрать зародыши пшеницы — это просто верх благородства? Господа вегетарианцы, не надо строить из себя спасителей нашей планеты, на земле именно растения производят кислород — источник жизни, хватит эти растения поедать, нам с нашими свиньями нечем дышать.
Религия необходима только для тех, кто не способен испытывать чувство гуманности. Она бесполезна в отношениях честных людей.
Когда Филипп перестал верить в Бога, он почувствовал, что скинул с плеч тяжёлое бремя; избавившись от чувства ответственности, которое отягощало каждый его поступок — ибо теперь от этого поступка не зависело спасение его бессмертной души, — он испытал блаженное чувство свободы. Но он понял, что это — только иллюзия. Откинув веру, в которой был воспитан, он сохранил нетронутой её неотъемлемую часть — мораль.