— Не хочу. С тобой спорить – себе дороже. Никогда не поймешь, серьезно ты или блефуешь. И вообще, чего зацепился за эту тему? Тоже хочешь спать в кровати Адрианы? На условиях «не прикасаться, не дергаться» и что там еще? – беззлобно буркнул полукровка.
— А ты – нет? – резонно заметил я, невольно улыбнувшись.
— Ой, ну, тебя. Спи лучше, — отмахнулся Тайлер и затих.
— Мне кажется, я полностью перестала понимать этот мир.
— А разве его кто-то понимает? – улыбнулся Алан.
— Этот мир отныне принадлежит нам, нам и только нам, — говорит Тайлер. — Древние давно в могилах.
Мы из поколения мужчин, выращенных женщинами. Поможет ли другая женщина в решении наших проблем?
Без лишних объяснений я поняла, что передо мной фантастические существа. Один из них вампир – это факт. Он, кстати, только что слизнул каплю крови с моего виска. Эррор меня вылечил, но последствия не убрал. И сейчас, судя по ощущениям, я вся в пыли и грязи, густо перемешанной с кровью из моей разбитой головы. Фу, кстати.
Струя пламени взвилась в воздух. В тёмном небе отчётливо прорисовался силуэт: мощное тело, огромные, медленно взмахивающие перепончатые крылья, пасть, извергающая огонь. Красный дракон бесшумно сделал круг над скалами. Я в оцепенении смотрела, как он разворачивается к ним хвостом и движется в сторону селения. Чтобы дойти до скал, человеку нужно два дня пути по неровной дороге, по холмам и оврагам. Дракон приближался быстро, его не задерживали ни крутые подъемы и спуски, ни быстрые горные ручьи.
Что же я делаю?! Стою на самом виду на вершине холма, перед обрывом! А вдруг дракон на ночную охоту вылетел? Во всех сказаниях драконы девушек крали!
Я кинулась прочь, с полянки, в сторону селения. Не успею, как пить дать, не успею! Добежала до сон-дерева, прижалась к светлому стволу. Платье на мне белое, волосы светлые. Может, и не заметит меня дракон? Сладкий запах цветов сон-дерева мысли дурманит, колени подкашиваются, пальцы в мешочки со златоцветом так вцепились, что ладони судорогой сводит. Вот пролетел дракон над самым обрывом, взвился повыше в тёмное небо, снова чуть спустился и опять взлетел к облакам. Высоко над сон-деревом пронёсся, не заметил. В сторону селения полетел.
Мы ходим на работу, которую ненавидим, чтобы купить барахло, которое нам не нужно.
(Мы работаем в дерьме, чтобы купить дерьмо.)
Не понимаю, почему бы в этой гигантской комедии, каковой является человеческая жизнь, мне не разыграть собственную.
Ты не имеешь права на печальную и трагичную смерть: твоя смерть должна быть радостной, возвышающей смертью.
Слушай меня. Ты должен понять, что Богу ты не нравишься! Он никогда тебя не хотел. И, скорее всего, он тебя ненавидит. Но это не самое страшное в жизни. К черту вечные муки, к черту искупление. Ты должен понять тот факт, что когда-нибудь ты умрёшь.
Cлайд с цитатой