Вот, во что они верят — в страх. Вот, чего они добиваются — чтобы мы боялись думать. Чтобы мы повиновались.
Человек, который осмелился поднять руку на девушку, не может называться мужчиной!
Вот, во что они верят — в страх. Вот, чего они добиваются — чтобы мы боялись думать. Чтобы мы повиновались.
Иногда надо действовать жёстче, чем хотелось бы, если ты хочешь быть уверен, что страна в безопасности. Если ради безопасности страны нужно убить на одного человека больше, то это следует сделать, это нужно сделать. Если ради того, чтобы люди могли жить в безопасности, нужно убить ещё сто человек, а вы не в состоянии принять такое решение, то вы недостойны того, чтобы быть главой государства.
Во всех промелькнувших веках
Любимые публикой цезари
Её самою впопыхах
Душили, топтали и резали…
Но публика это терпела,
И цезарей жарко любили,
Поскольку «за правое дело!»
Всегда эти цезари были.
Насилие никогда не решает проблемы, но временами, как в случае с тараканами, только оно является единственным возможным ответом.
Он плачет и, как лист, сдержать не может дрожи.
Дитя, что ей всего дороже,
Нагнувшись, подняла двумя руками мать,
Прижала к сердцу, против дула прямо…
— Я, мама, жить хочу. Не надо, мама!
Таким образом, физическое насилие является средством, а целью будет — навязать противнику нашу волю. Для вернейшего достижения этой цели мы должны обезоружить врага, лишить его возможности сопротивляться.
— Но ведь насилие ничего не решает.
— Ты в аду, а здесь насилие основной аргумент во всех спорах.
Обычный насильник пытается честно изменить реальность, верно? Ненасильник же пытается изменить реальность ненасильственно! Но и тот, и другой пытаются изменить реальность, вот в чём фишка!