Любой текст на бумаге — это кремень, о который ударяется кресало — читающий, и появляется искра, огонь, поджигающий фитиль. Кремень и кресало должны быть качественными, иначе эффект возгорания придётся ждать долго. Текст должен будить мысль читателя, будоражить его воображение, иначе хрен ему цена.
Все ваши любимые бестселлеры, все эти книги для женщин «как создать идеальные отношения» — это просто книги о том, как научиться манипулировать людьми. Ни о какой любви и уважении к мужчинам там не пишут. Как «заставить», как» убедить» и «вдохновить» — это всё глаголы, которые использует манипулятор для достижения своей цели. Мужчина в этих книгах не рассматривается как личность, он изображён как обычный письконоситель, которого нужно дрессировать, чтобы он, бедняга, приносил хоть какуе-то пользу семье.
Прекрасен рот. Но в логовище рта
Беда для человека заперта.
Язык его таит и зло и грех.
Молчанье — вот сокровище для всех!
Но коли речь не можешь устеречь.
Так пусть добром твоя блистает речь.
Слова любви — как золото зари...
Такое, если можешь, говори!
Но слово зла скатится с языка,—
Гони его, как беркут бирюка!
Обильные слёзы юности — избыток влаги, переполняющей сердце. Старческие же слёзы — последние капли жизни, падающие из-под век, жалкий остаток сил в немощном теле. Слёзы на глазах молодости подобны каплям росы на лепестках розы. Слёзы на щеке старости напоминают пожелтевшие листья осени, уносимые ветром с приближением зимы жизни.
Мало продать тело и душу, надо, чтобы тебе за них еще заплатили, а этого труднее всего добиться.
О сын мой, ведь ты уже навоевался,
Копье положи как память о прошлом,
Чтобы потомки твои могли смотреть на него.
К деду иди своему, к Ауруиа,
Пусть он древнее знанье тебе передаст,
Чтоб не было войн никогда, ибо воин не может
Остановиться.
Сын мой, стань мудрецом,
Хранителем древних традиций,
И пусть не будет войны.
Дух мира внедри глубоко, и пусть
Время правления твоего
Станет временем прочного мира.
Окружающим легко сказать: «Не принимай близко к сердцу». Откуда им знать, какова глубина твоего сердца? И где для него — близко?
Единственное, что могло утешить и развлечь сердце человека, было сердце другого человека.
Cлайд с цитатой