Не жди воздаянья, благие деянья
верша.
Награду сама обретет непреложно
душа.
Вернется плодами – что пальмы
корнями впитали.
В убытке ты будешь едва ли.
Не жди воздаянья, благие деянья
верша.
Награду сама обретет непреложно
душа.
Вернется плодами – что пальмы
корнями впитали.
В убытке ты будешь едва ли.
Есть люди, которые, оказав кому-нибудь услугу, тотчас считают себя в праве ожидать за неё награду; другие, не рассчитывая на прямую награду, ни на минуту, однако, не забывают оказанной услуги и в душе своей признают, что у них есть должники; наконец, бывают и такие, которые всегда готовы услужить, почти невольно, по одному влечению сердца; эти подобны виноградной лозе, которая, вырастив свои грозди, вполне удовлетворена тем, что созрел на ней одной свойственный плод её.
Добродетель служит сама себе наградой; человек превосходит добродетель, когда служит и не получает награды.
Много больного народу встречалось всегда среди тех, кто предается грезам и одержим Богом; яростно ненавидят они познающего и ту самую младшую из добродетелей, которая зовется – правдивость.
Один мудрец сказал богачам:
— Клянусь именем Бога, что когда вы покинете сей мир, то ни к чему так не будете стремиться, как к тому, чтобы вернуться в него снова и творить добро, дабы удостоиться блаженства вечного и спасти себя от наказания. Так совершайте же благие дела сейчас, пока вы пребываете в мире сем, до того как вы покинете его и уже никогда не сможете вернуться снова.
Мужество — не просто одна из добродетелей, а форма проявления любой добродетели во время испытаний, то есть в моменты высшей реальности. Целомудрие, честность и милосердие без мужества — добродетели с оговорками. Пилат был милосерден до тех пор, пока это не стало рискованным.
— Ваше Святейшество, я обещал достойную награду.
— Знание — вот высшая награда для Искателя.
— Как неловко... Я думал о золоте.
— Ты недооцениваешь своего спасителя, Аман.
— Дэя, — вдруг заговорил лорд Тьер, — скажите, правда всегда вознаграждается по достоинству, или в любой ситуации лучше промолчать?
— Меня всегда учили, что молчание — золото, — пожав плечами, ответила я. — И в чем-то это так, но… пока я молчала, моя жизнь размеренно катилась в… Бездну. А там, в вашем кабинете я не сдержалась и не смолчала, но не могу сказать, что сейчас сожалею об этом.
Подумай, пятьсот экю от нас да вознаграждение от правительства, а может быть, и повышение по службе. Как этот молодец будет хорошо жить, когда я его убью!