Ценность вещей определяем мы сами.
— Зак, поймай водителя, чтобы тебя отвезли в Гринбел-парк...
— Зачем тебе водитель?
— Я не умею водить!
— Ты — гений, который не умеет водить?
— Если бы ты знал то, что знаю я, ты бы тоже не водил!
Ценность вещей определяем мы сами.
— Зак, поймай водителя, чтобы тебя отвезли в Гринбел-парк...
— Зачем тебе водитель?
— Я не умею водить!
— Ты — гений, который не умеет водить?
— Если бы ты знал то, что знаю я, ты бы тоже не водил!
— Он считает, что живёт в величайшей стране мира.
— Величайшая — не значит идеальная.
— Рост и вес.
— Боже... эээ... метр семьдесят и вес... эээ... ну, в общем-то...
— Что?
— Шестьдесят семь. И это всё мышцы.
Каждый из нас уникален, а живя на свете, становится личностью. И когда все это одним ударом уничтожает убийца, это просто недопустимо. Костям, что вы мне приносите, я придаю лицо, узнаю имена жертв, я возвращаю им близких, а вы арестовываете убийцу. Это прекрасно. Этих врачей надо арестовывать. Ведь если они не убили ее саму, они убили ее личность.
— В этой машине зеркала как в пудренице!
— А что ты хотел, если выбрал машину размером с косметичку?
— Насколько важно, по-твоему, нам любить свое дело?
— Ну, это важно, но это еще не все. Большинство не любит свою работу. Скорее ненавидят. Работают по необходимости.
— А если бы не необходимость?
— Если ты можешь оставить нелюбимое дело, то почему нет.
— Руки вверх — ФБР!
— Оружие на землю — полиция США!
— Судмедэксперт... Поэтому нет оружия.
— Сейчас меня больше волнует безопасная дистанция между нами.
— Почему?
— Потому что мы едем в церковь, и ты снова будешь богохульствовать.
— Ты боишься, что если Бог поразит меня, заденет и тебя?