Различие между рабами в Римской или Османской империи и нынешними наемными работниками – в том, что рабы все-таки не должны были льстить начальству.
Несчастные тупые рабы, думал он, слушая сестру. Неудивительно, что мир принадлежит сильным. Рабы помешаны на своем рабстве. Для них работа — золотой идол, перед которым они падают ниц, которому поклоняются.
Люди семенят, пытаясь не опоздать на работу, многие на ходу лопочут по мобильникам, постепенно втягивая свои невыспавшиеся мозги в утреннюю суету города. (Мобильные телефоны выполняют в настоящее время, ко всему прочему, еще и функцию дополнительного будильника. Если первый будит тебя на работу, то второй сообщает тебе, что она уже началась.) Иногда мое воображение дорисовывает чуть сгорбленным фигуркам тюки на спинах, превращая их в крепостных рабов, ежедневно несущих своим хозяевам оброки в виде собственного здоровья, чувств и эмоций. Самое глупое и самое ужасное в этом то, что все это они делают по своей собственной воле, в отсутствие каких-либо кабальных крепостных грамот.
Через 10 секунд после того, как пошлёшь своего начальника, чувствуешь себя замечательно, но на 11-ой секунде начинается паника. На 12-ой секунде начинаешь думать, что больше никогда не найдёшь работу. На 14-ой секунде ты уже видишь себя беременной, живущей на пособие. На 20-ой секунде, ты уже бездомная, живёшь на улице, ругаешься на проходящих мимо людей. И с этого момента всё становится только хуже...
— Какая досада! Составлено неверно.
— Что вы говорите!
— Тут не указана причина вашего ухода.
— Где не указана причина? Давайте я ее...
— Любая ревизия обнаружит, что я отпустила ценного работника без видимой причины.
Когда я думаю о том, кого мне больше всего хотелось бы нанять на работу, я думаю, это был бы начальник. Начальник, который говорил бы мне, что делать, потому что это очень облегчает работу.
Вы заметили, что священники и генералы доживают до глубокой старости? Ведь их не точит червь сомнений и тревог. Они много бывают на свежем воздухе, занимают свою должность пожизненно, и думать им незачем. У одного есть катехизис, у другого — воинский устав. Это сохраняет им молодость. Кроме того, оба пользуются величайшим уважением. Один имеет доступ ко двору Господа Бога, другой — кайзера.
— Все ушли, а вы, как болван, остались.
— Я остался, как вы совершенно справедливо заметили, как болван.., потому что вы раскритиковали мой отчет, и справедливо раскритиковали.
— Это делает честь вам, ваша скромность...
— Моя скромность ничто по сравнению с вашей безграничной прозорливостью.
Но мы без капиталов все по барам да по ресторанам.
Думали, что заживем вот-вот, но заживем как раны.
А тут — отчёты, завещания, планы KPI.
На тебя снова накричали там.
Графики, таблицы, команды образования.
Растворимый Nescafe на утренних собраниях.
Мешки под глазами, там вся чернота моей души.
Не было начальника ублюдка? Значит ты не жил.
Я пришел к заключению, что в отношениях с моими коллегами выгоднее сначала делать, а потом уж извиняться. Если только ты не боишься своего начальства.
Cлайд с цитатой