Хватит. У меня достаточно причин, чтобы сойти с ума, не давай мне ещё один повод.
Альбьери свихнулся, сбежал в Марокко и увёз с собой крестника! Причём он делает всё это без алкоголя, без травки, без наркотиков, а сумасшедшим считают меня — Лобату.
Хватит. У меня достаточно причин, чтобы сойти с ума, не давай мне ещё один повод.
Альбьери свихнулся, сбежал в Марокко и увёз с собой крестника! Причём он делает всё это без алкоголя, без травки, без наркотиков, а сумасшедшим считают меня — Лобату.
Альбьери свихнулся, сбежал в Марокко и увёз с собой крестника! Причём он делает всё это без алкоголя, без травки, без наркотиков, а сумасшедшим считают меня — Лобату.
— В конце месяца я женюсь.
— На ком?
— На Эдне, моей секретарше.
— Почему на Эдне?
— Не знаю, так получилось.
— Как получилось? Это что, получилось само собой, без твоего участия?
— В какой-то степени.
Нет, серьезно, вы, девочки, — просто сбежавшие обитатели дурдома. Прошу, кстати, прощения у всех обитателей дурдома за это сравнение.
Да, жизнь — это безумие. Но великая мудрость воина заключается в том, чтобы верно выбрать себе безумие.
Ты говоришь, она часто мечется, тревожно озирается: разве это признаки спокойствия? Ты толкуешь, что она повредилась умом. Как ей было не повредиться, чёрт возьми, в её страшном одиночестве?
Нормальных людей в нашем мире не существует. Каждый в чём-нибудь сумасшедший. И только двое сумасшедших, понимающих суть сумасшествия другого, могут искренне полагать, что они нормальны.