... Счастье тем более, может быть, полное, что оно было преступным.
Порок — та же роскошь.
... Счастье тем более, может быть, полное, что оно было преступным.
Надо быть очень несчастным, чтобы возбудить жалость, очень слабым, чтобы вызвать симпатию, очень мрачным с виду, чтобы дрогнули сердца...
Чтобы судить о человеке, надо по крайней мере проникнуть в тайники его мыслей, страданий, волнений. Проявлять интерес только к внешним событиям его жизни — это все равно, что составлять хронологические таблицы, писать историю на потребу и во вкусе глупцов.
Только бедный молодой человек знает, сколько страсть требует расходов на кареты, перчатки, платье, белье и так далее. Когда любовь слишком долго остается платонической, она становится разорительной.
Бумага, духи, золото, шелк, роскошь — все, что блестит, все, что нравится, пристало только молодости.