Нет мира без жертв... И если мы не перестанем убивать других, то вскоре можем потерять самих себя.
Если ты можешь использовать силу врага как своё оружие, то и он может поступить также.
Нет мира без жертв... И если мы не перестанем убивать других, то вскоре можем потерять самих себя.
Если ты можешь использовать силу врага как своё оружие, то и он может поступить также.
Я хочу «мира» только потому, что я человек, который может жить только в «мирное» время? Это довольно-таки постыдное желание.
Я снова могу видеть духов. Я могу до них дотронуться. Я могу с ними говорить. Вот так вот. Иногда они просто исчезают. Я не знаю, почему. Иногда остается пятно крови, которое только я могу увидеть, вместе с чувством, похожим на боль.
Неважно, насколько сильным я стал, я не могу защитить их. Когда я думаю об этом, мое сердце похоже на лезвие.
В настоящее время, когда я слышу нападки на нашу тактику при подписании Брестского мира со стороны, например «социалистов-революционеров», или когда я слышу замечание товарища Ленсбери, сделанное им в разговоре со мной: «наши английские вожди тред-юнионов говорят, что компромиссы допустимы и для них, если они были допустимы для большевизма», я отвечаю обыкновенно прежде всего простым и «популярным» сравнением:
Представьте себе, что ваш автомобиль остановили вооруженные бандиты. Вы даете им деньги, паспорт, револьвер, автомобиль. Вы получаете избавление от приятного соседства с бандитами. Компромисс налицо, несомненно. «Do ut des» («даю» тебе деньги, оружие, автомобиль, «чтобы ты дал» мне возможность уйти подобру-поздорову). Но трудно найти не сошедшего с ума человека, который объявил бы подобный компромисс «принципиально недопустимым» или объявил лицо, заключившее такой компромисс, соучастником бандитов (хотя бандиты, сев на автомобиль, могли использовать его и оружие для новых разбоев). Наш компромисс с бандитами германского империализма был подобен такому компромиссу.
Я хочу «мира» только потому, что я человек, который может жить только в «мирное» время? Это довольно-таки постыдное желание.
Кто в ссоре, прошу вас, идите мириться!
Милые люди! Давайте учиться
В собственном доме бороться за мир!