У Дэнни золотое сердце. Но порой он его прячет где-то в заднице.
— Я уже тридцать лет ничего не пишу. Тридцать лет! Я недоразумение, конферансье, просто шут гороховый с микрофоном. Но я ведь не всегда таким был. Ты знаешь, я был совсем не таким. Один альбом, мои песни плохо продавались и мне навязали чужие песни. Я стал их петь, я сдался.
— Дэнни, у тебя творческий кризис.
— Открою тебе тайну: у меня творческий кризис уже сорок лет. Творчества уже не осталось. Один кризис.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.
Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь.
Пакет травы, пакет травы.
Нам станет веселее, будь пакет травы.
Это то, как раз, что искали Вы.
Ведь нам станет веселее, будь пакет травы.
Ну вот, вы начинаете врубаться.
Вам не нужен мет, не нужны шприцы.
Ведь нам станет веселее, будь пакет травы.
— Да, я тоже не помню хорошего в детстве.
— А я-то думал ты в Кембридже родился и вырос.
— Восточный Бруклин, Нью-Йорк.
— Да ну!? Правда?
— Ага.
— Ты что, вообще не выходил из дома?
— Не часто. Зато я смог выбраться из квартала живым.
Cлайд с цитатой