— О чем книжка?
— Об одном рыцаре на белом коне, который живёт в мире, где рыцарей не существует.
— Очень похоже на мой мир.
— О чем книжка?
— Об одном рыцаре на белом коне, который живёт в мире, где рыцарей не существует.
— Очень похоже на мой мир.
– Когда ты смотришь на меня... что ты видишь? Ответ: ничего. Я ничего не чувствую по отношению к тебе: ты как... как пыль или... пробка в бутылке – то, что нужно убрать.
– Я знал одного капитана полиции в прошлой жизни. Он работал над запутанным делом, не помню, как звали парня, он был... видный учёный, известная личность, филантроп, писатель. Короче, он решил поделиться своим благополучием с кем-то менее удачливым. И, хотя у него было пятеро детей, он открыл двери своего дома для шестого – это был сирота, двенадцатилетний мальчик. Ребёнок с искалеченной нервной системой. Проблемный. Склонный к насилию. Волчонок. Ты не слышал эту историю?
– Нет, продолжай.
– Хорошо. Так вот, добрый человек открыл двери своего дома этому мальчику. И когда мальчик что-то украл у него... добрый человек всё равно любил его. Когда мальчик получал двойки, мужчина проявлял терпение и понимание. Когда мальчик лгал, ругался, царапался и дрался, этот добрый человек проявлял сострадание... и любовь. Мальчик, который никогда не знал, что такое быть любимым, наконец понял, что это такое. Мужчина пробил стену – это было настоящее чудо. Неделю спустя в их дом ворвались грабители. Убили мужчину и его жену. Прямо в постели. Из дома пропало что-то незначительное. Это мог украсть и ребёнок. Никто точно не знает. Детей мужчины отправили жить к родственникам, мальчик сиротой вернулся обратно – в Ад. Лишь только... он обрёл свой шанс в жизни, как две пули перечеркнули всё.
– Это известная история.
– Они поймали убийцу?
– Не думаю.
– Может быть, они не там искали? Иногда ответ прямо перед глазами. Я думаю, мальчик... убил их. Да, я думаю, это сделал мальчик. Мне кажется, мальчик боялся, что его приёмные родители однажды проснутся и поймут, что он их недостоин. Так думали все. И он не мог жить с мыслью, что этот мужчина, этот добрый человек так поступит с ним – избавится от него. Как от пылинки или... пробки в бутылке. Так что, он решил не проверять. Что скажешь, Николас?
– Не думай, что знаешь меня. По-вашему, я сентиментальный человек, мистер МакКол? Вот это сюрприз. Я... я не обладаю такой чертой и никогда не понимал, что человеку даёт сентиментальность, кроме слабости.
– Твои люди, которых я убил... я давал им шанс. Они сделали свой выбор. Я даю тебе возможность сделать свой.
– Спасибо.
– Не за что. Дай мне знать... когда решишь.
– Конечно.
– Я сделал много плохого в своей жизни, Николас. Я не горжусь этим. Однажды я обещал человеку, которого очень любил, что больше не буду так поступать. Но ради тебя... я сделаю исключение. Ты спросил, что я вижу, когда смотрю на тебя? А ты, когда смотришь на меня?
Если бы все мы исповедались друг другу в своих грехах, то посмеялись бы над тем, сколь мало у нас выдумки. Если бы все мы раскрыли свои добродетели, то посмеялись бы над тем же.
Россия — это континент, который притворяется страной, Россия — это цивилизация, которая притворяется нацией.
Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.