Я сам от себя должен узнать, что я — порядочный человек... А не от вас.
Если мы способны только чернить тех, кто достойнее нас, то не лучше ли помолчать?
Я сам от себя должен узнать, что я — порядочный человек... А не от вас.
А умников, как известно, нигде особенно не любят, поскольку они вызывают подозрения и не вписываются в общие рамки.
Тебе предстоит выучить много уроков, и некоторые из них гораздо более важны, чем те, что преподаются в школе: уроки честности, уроки порядочности.
Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.
Начиная с известного уровня, нация не может зверски сопротивляться — она, если бы даже и хотела, не способна отступить на предыдущую ступеньку эволюции. В этом вся досада, вся трагедия истории... Но ирония в том, что нацию, достигшую такой высоты, до конца тоже не истребишь.
Независимость от общественного мнения есть первое условие совершения чего-либо великого и разумного.
Читайте всё, слушайте всех, и не верьте ничему, пока не сможете подтвердить это собственным расследованием.
Я слишком порядочен, чтобы быть гуманистом. Если я отдам ближнему последнюю рубашку, то замёрзну и умру и поставлю ближнего в неловкое положение.
Люди не издеваются, но они и не помогают. Это так просто пройти мимо, это ведь так просто. «Это не моё дело». Постепенно я становлюсь таким же. Такая у меня так называемая обычная нормальная жизнь, без всяких проблем. Но, этого ли я хотел... Недаром все бегут от неё в книги, игры, клубы — где они могут стать героями и пойти против мнения окружающих и помочь «ведьме», подружиться с «девкой» и болтать с «бандитом» и «вором».