Если я вам что-то должен, тогда выставите мне счет.
...I've given all I can
It's not enough
I've given all I can
But we're still on the payroll...
Если я вам что-то должен, тогда выставите мне счет.
...I've given all I can
It's not enough
I've given all I can
But we're still on the payroll...
Все мы в своей реальной жизни с самого ее начала и до самого конца к чему-то да привязаны. Школа, армия, работа, семья, ипотека... Нет этому списку конца. Как только ты начал самостоятельно ходить и говорить — всё, кончилась твоя воля, когда ты мог спокойно хлопать глазами и делать вид, что ничего не понимаешь. И с этого момента ты тоже садишься на карусель под названием «Ты должен». И с каждым прожитым годом ты должен всё больше. Должен, должен, должен... Ты должен всем, всё и всегда. Нет, время от времени кто-то что-то должен и тебе, но все-таки ты всем — больше. Неженатые мужчины — чуть меньше, чем женатые, но до конца от долга перед обществом и близкими и им не отвертеться.
— Фенрир, вшивый ты волча...
— Чёрт, мужик, не умирай! Ты всё ещё должен мне деньги!
Даже самой высокодуховной девушке нужно на что-то существовать, и долг мужчины — позаботиться о том, чтобы ее жизнь была настоящей жизнью, а не выживанием.
Мужчина не только девок портить да хлеба кусок добывать уметь должен, но и дом защитить! Всегда кто-то есть! Хазары, половцы, немцы, пиндосы да черти в ступе — всегда охотники до земли русской найдутся, только меч на миг с границы убери. У мужика всегда броня и меч наготове лежать должны, иначе не муж он, а так, скотинка говорящая. Живот за отчизну класть — это долг наш святой, тем от баб и отличаемся.
Разве можно судить хоть грош человеку, у которого долгов на триста тысяч франков, а за душой ни сантима?
Он был должник, он всегда жил вперед, на не заработанное им, под аванс, который ему приходилось оправдывать. Ему давали, в него верили. Вера эта и ожидание, сопровождавшее ее, стали его погонялою и ямщиком, который гнал гоголевскую тройку, увязающую в колеях и обочинах, вперед.