— Ты поможешь мне с домашкой?
— Извини, Вильгельм.
— Уильям.
— Кажется, я уже ответила на вопрос. Я даже твоего имени не знаю.
— Можешь называть меня как хочешь.
— Как хочу... Ну, тогда я буду называть тебя мудилой.
— Ты поможешь мне с домашкой?
— Извини, Вильгельм.
— Уильям.
— Кажется, я уже ответила на вопрос. Я даже твоего имени не знаю.
— Можешь называть меня как хочешь.
— Как хочу... Ну, тогда я буду называть тебя мудилой.
Я незапланированный единственный ребенок. Мама у меня сексолог, а отец — психолог. Они никогда не любили меня. Они сосредоточены только друг на друге и их сексуальной жизни. Я из паршивенького городишки под названием Мьендален, и сбежала оттуда незадолго до пятнадцатилетия. Сбежала в Мадрид. Я общаюсь с ними раз в месяц. Они счастливы без меня, а я счастлива без них.
В чем разница: правят ли женщины, или должностные лица управляются женщинами? Результат получается один и тот же.
Ну что ещё? Командир решил лично объяснить тебе ситуацию, в конце концов. Если собираешься плакать, то делай это с достоинством. А сейчас я позволю тебе лизать мои пятки, так как это большая честь.
— Мадлен... Простите, я могу вас звать Мадлен?
— А какие варианты еще? Артур, что ли?
— Клянусь смертью Христовой, это настоящие слёзы!
— Да. Но нам надо остерегаться, каждая слеза её будет оплачена бочкой крови.