Город высокого неба и шумного одиночества.
Под весенним дождем-предвкушением хочется жить, любить, надеяться. Он похож на мятный коктейль с кубиками льда.
Город высокого неба и шумного одиночества.
Под весенним дождем-предвкушением хочется жить, любить, надеяться. Он похож на мятный коктейль с кубиками льда.
Это самые теплые воспоминания — светящаяся ёлка, лианы мишуры по дому, хлопушки с сюрпризами, шоколадные конфеты в золотой фольге и волнующее ожидание чудес, подарков.
Порою так полезно потешить себя и просто… забыть обо всем. Ощущение полной предоставленности самому себе чудесно.
У счастья нет расписания сеансов, оно может начаться даже после выключения проектора.
Я хочу полюбить снова, как-то иначе и не так сильно. Я хочу привыкнуть к жизни без тебя. Я хочу… продолжать любить тебя. Пусть и безответно. Знаю, я дура. Но моя любовь к тебе делает меня лучше, богаче, хоть и протекает со слезами на глазах. А может, я всё ещё надеюсь, что ты вернёшься?
Мечта должна быть важнее и выше возможностей. И врут те, кто скажет тебе, что мечты сбываются, когда забываются. Абсолютная чушь! Надо верить, не переставая, не опуская рук, и тогда мечта станет реальностью.
…к одиночеству можно привыкнуть, вот отвыкнуть от него сложнее. Особенно когда не ждешь никого и уже не веришь, что появится человек, которому можно уткнуться носом в щеку, отключившись от реальности.
Свобода не имеет ничего общего с раскрепощенным поведением или жизнью в эгоистическом одиночестве. Свобода – значит прежде всего оставаться человеком, а потом уже чутким врачом, талантливым поваром или читаемым писателем.