Если поставить на весы твои глупости,
А на другую чашу лишь сухое «прости»,
То вряд ли перевесит это второе первое.
Тебе предан, и тобою тоже предан.
Если поставить на весы твои глупости,
А на другую чашу лишь сухое «прости»,
То вряд ли перевесит это второе первое.
Тебе предан, и тобою тоже предан.
И правило номер один: я подарю тебе полмира,
да только если ты подаришь мне в ответ его другую половину.
Не пытайся изменить меня, я не изменял тебе,
И не изменюсь больше никогда.
Не меняюсь изнутри, разменяв года,
Остаюсь собой... остаюсь собою я.
— Твой брат настроил тебя против меня.
— Нет. Я отвернулась от тебя, потому что больше не люблю! Я верила, что люблю... Но у меня открылись глаза, и я вижу жестокое жалкое существо, не достойное ничьей любви, особенно моей.
— Твои слова не обдуманны.
— Ведь даже родная мать отвернулась от тебя. Если та, что даровала тебе жизнь, бросила тебя, а потом погибла от твоей же руки: разве есть для тебя надежда?
— Ты разбиваешь мне сердце. И ты клялась, что никогда не заговоришь об этом.
— Я ничего тебе не должна! Мы совершенно разные. Я никогда тебя не любила.
Алкогольная зависимость — не болезнь и даже не распущенность, это подлое, циничное и осознанное предательство.
Моя доброта возвращается болью. Те, кому я столько дала, воздают лишь неблагодарностью и предательством.
Вот так всегда, тот, кому доверяешь и не ждешь подвоха — больше всего ранит. Ждет, когда расслабишься, а потом раз! У меня это текила...
Что же должен делать оскорбленный, когда виновник сам приходит к нему за возмездием?.. Они были нашими друзьями? — Тем большего наказания они заслуживают: оскорбивший незнакомца зовется разбойником; оскорбивший друга приравнивается почти что к отцеубийце.
Если сам король предатель,
Что взять с подданных, скажите.
Боже правый! Превратится
Вся Испания в руины,
Потому что нечестивец
Оскорбил мой род старинный.
Невиновные заплатят
За неистовства владыки.
Если сам король бесчестен,
Ждет страну позор великий.